fix: закрыть каналы утечки секретов и сделать PHASE 1 владением оркестратора

Hardening-проход перед первой сборкой на Debian. Три из найденного не
воспроизводились ни на одном dry-run и проявились бы только на живом сервере.

Установка

* preflight внутри install вызывался дважды и оба раза проверял clean-host.
  Ко второму вызову на диске лежал собственный /var/lib/hy2xs/install-state.json,
  записанный после первого preflight, и опознавался как маркер посторонней
  установки: КАЖДАЯ чистая установка падала сразу после apt-get с
  fatal_post_apply и оставляла сервер наполовину настроенным. Чистота хоста —
  условие входа в операцию, возможности платформы проверяются уже внутри
  PHASE 1, поэтому checkCleanHost стал отдельным параметром без умолчания.

* PHASE 1 начиналась в install.sh: shell сам создавал /usr/local/lib/hy2xs,
  ставил бинарник, вешал symlink и копировал runtime-пакет, и только потом
  запускал оркестратор с его собственным preflight. Отказ того preflight
  объявлялся fatal_pre_apply — «на сервере ничего не изменено» — при уже
  созданном каталоге оркестратора. Отследить владение мутацией невозможно,
  пока мутируют двое: install.sh больше не изменяет ничего, раскладку
  выполняет steps/bootstrap.ts под ownership.bootstrapTouched, пути попали
  в owned_paths. Как следствие удалено деление clean-host на фазы.

* diagnosticsCollect стояла перед rollback обычным await в install и в
  reconfigure. На заполненном диске она падает сама и отменяла откат целиком.
  Диагностика — best effort, откат — обязателен.

* reconfigure/repair выбирали записываемую фазу отказа регулярным выражением
  по тексту ошибки. Переведено на ownership-флаги.

Секреты

* Журнал админки писал RequestURI, то есть путь вместе с query. Hysteria
  обращается к /internal/hysteria/auth?access_token=<секрет> при каждом
  подключении пира, поэтому действующий machine token оседал открытым текстом
  в hy2xs-admin.log, который отдаётся через ExportLog и попадает в
  diagnostics-бандл. Логируется путь; значения query не пишутся, имена —
  пишутся. Канала было два: gin.Default() печатает path?query в stdout,
  оттуда в journald и в тот же бандл, — панель переведена на gin.New() +
  Recovery(). Журналы внутри бандла и журнал Hysteria из ExportLog теперь
  проходят санитайз. Сравнение токена — constant time.

* Config API позволял прочитать и подменить ключи приложения: getConfig и
  listConfig принимали произвольный ключ, а проверка записи была denylist'ом
  из трёх ключей оркестратора. Запрос ?key=PEER_SECRET_ENCRYPTION_KEY отдавал
  master-key шифрования секретов пиров. Доступ переведён на allowlist, маршрут
  getConfig удалён целиком — потребителей у него не было ни одного.

Пиры

* Импорт применялся по одной записи вне транзакции, вопреки собственному
  контракту. Валидация не знает, что уже лежит в базе: cross-conflict по
  UNIQUE(name) оставлял часть файла применённой. Применение выполняется одной
  транзакцией, криптоматериал считается до её открытия.

* Файл импорта мог содержать хвостовой JSON-документ, который молча не
  применялся. После разбора проверяется io.EOF.

* Экспорт разделён на «Экспорт настроек» и «Резервная копия» с секретами и
  подтверждением: обычный экспорт выдаёт пирам новые секреты при импорте, и
  прежние клиентские ссылки после переноса переставали работать.

Сборка

* Два stale-грепа в приёмке роняли build.sh в самом конце, внутри
  verify_archive. Первый искал в smoke.ts исчезнувший литерал URL, второй
  совпадал с router_test.go, который перечисляет удалённые маршруты, потому
  что проверяет их отсутствие: добавление регрессионного теста ломало сборку.

* verify_archive требовал наличия мутирующей строки в install.sh. Инвариант
  перевёрнут: их не должно быть ни одной.

Очистка

* Удалены entity.LegacyAccount, миграции 002/003 и мёртвые хелперы
  listSQLMigrationFiles и envInt: v1 не мигрирует базу 0.x ни при каком
  сценарии. Номера оставшихся миграций сохранены. H UI-словарь убран из
  обычных доков, в docs/14 он остаётся — там это имена объектов для удаления.

* Список непубличных IPv4 приведён к IANA Special-Purpose Address Registry:
  203.0.113.5 из RFC-примеров считался публичным адресом сервера. Отказ
  резолвера отделён от отсутствия A-записи.

Проверено: bun test 233, go test 71, tsc/vue-tsc, bash -n 11 скриптов,
приёмка прогнана против дерева.

apps/router/config.go

@@ -14,11 +14,16 @@ import (
 // По той же причине здесь нет generic exportConfig/importConfig: они отдавали
 // и принимали таблицу `config` целиком, вместе с JWT- и peer-ключами.
 // См. комментарий в controller/config.go.
+//
+// Маршрута getConfig тоже нет. Он принимал произвольный ключ и был вторым
+// входом в ту же таблицу секретов, только точечным: `?key=JWT_SECRET`
+// возвращал подписывающий ключ, `?key=PEER_SECRET_ENCRYPTION_KEY` — master-key
+// шифрования секретов пиров. Потребителей у маршрута не было ни одного:
+// панель читает настройки через listConfig, у которого теперь allowlist.
 func initConfigRouter(configApi *gin.RouterGroup) {
 	config := configApi.Group("/config")
 	{
 		config.POST("/updateConfigs", controller.UpdateConfigs)
-		config.GET("/getConfig", controller.GetConfig)
 		config.POST("/listConfig", controller.ListConfig)
 		config.GET("/getHysteria2Config", controller.GetHysteria2Config)
 		config.POST("/exportHysteria2Config", controller.ExportHysteria2Config)

apps/router/router_test.go

@@ -84,6 +84,10 @@ func TestRouterHasNoRemovedRoutes(t *testing.T) {
 		"restartServer",
 		"uploadCertFile",
 		"hysteria2AcmePath",
+		// getConfig принимал произвольный ключ таблицы `config` и был точечным
+		// входом к JWT_SECRET, PEER_SECRET_KEY и PEER_SECRET_ENCRYPTION_KEY.
+		// Потребителей у него не было ни одного.
+		"getConfig",
 	}
 	for _, route := range buildRoutes(t) {
 		for _, dead := range removed {
@@ -94,6 +98,37 @@ func TestRouterHasNoRemovedRoutes(t *testing.T) {
 	}
 }
 
+// Оставшиеся маршруты /config — это чтение по allowlist, запись по allowlist и
+// санитизирующая выгрузка серверного конфига. Никакого generic-доступа к
+// таблице `config` у API быть не должно.
+func TestRouterConfigNamespaceIsClosed(t *testing.T) {
+	allowed := map[string]bool{
+		constant.AdminAPIBase + "/config/updateConfigs":         true,
+		constant.AdminAPIBase + "/config/listConfig":            true,
+		constant.AdminAPIBase + "/config/getHysteria2Config":    true,
+		constant.AdminAPIBase + "/config/exportHysteria2Config": true,
+	}
+
+	for _, route := range buildRoutes(t) {
+		if !strings.HasPrefix(route.Path, constant.AdminAPIBase+"/config") {
+			continue
+		}
+		if !allowed[route.Path] {
+			t.Errorf("в пространстве /config появился неожиданный маршрут: %s %s", route.Method, route.Path)
+		}
+	}
+
+	present := make(map[string]bool)
+	for _, route := range buildRoutes(t) {
+		present[route.Path] = true
+	}
+	for path := range allowed {
+		if !present[path] {
+			t.Errorf("маршрут %s пропал", path)
+		}
+	}
+}
+
 func TestRouterExposesHealthz(t *testing.T) {
 	found := false
 	for _, route := range buildRoutes(t) {