fix(v1): разблокировать сборку, починить жизненный цикл cron и закрыть каналы утечки

Сборка не собиралась: два контракта приёмки роняли её на корректном коде.

verify_api_namespace_contract искал возвращение legacy-пространства имён
через grep по '/hui' и находил router_test.go, который ПЕРЕЧИСЛЯЕТ этот
префикс, чтобы доказать отсутствие маршрута, и сам versions.sh, где строка
стоит в тексте проверки. Падение приходило шестым шагом из четырнадцати, до
резолва Hysteria. За ним прятался второй такой же: проверка транзакционности
импорта пиров брала файл от начала applyPeerImportEntry и до конца, захватывая
объявленные ниже ExistPeerName и UpdatePeerLastConnectionAt.

Обе проверки теперь смотрят на код, а не на упоминания: добавлены помощники
code_without_comments и code_mentions_in, а отсутствие legacy-маршрута
доказывает тест на таблице маршрутов собранного роутера.

Планировщик стал собственностью процесса. InitCron вызывался из runServer и
на каждом вызове создавал новый cron.New(), не сохраняя ссылку; cron.Stop()
не вызывался нигде. Смена RESET_TRAFFIC_CRON выполняла StopServer(), точка
входа крутила for { runServer() } — и каждая правка добавляла целый
дублирующий набор джоб, а старое расписание сброса продолжало работать.
Фиксированные джобы регистрируются один раз, расписание переносится на месте
по EntryID, HTTP-сервер не трогается. Добавлено штатное завершение по SIGTERM.

Выражение проверяется до записи в базу тем же парсером (cron.ParseStandard),
которым его разбирает планировщик: раньше невалидная строка сохранялась, API
отвечал успехом, а сброс трафика молча исчезал.

updateConfigs стал атомарным: полная проверка партии, одна транзакция,
применение к рантайму. Прежний тест ставил запрещённый ключ первым и не
смотрел в базу — поймать частичное применение он был неспособен.

Удалены четыре ключа таблицы config без единого потребителя: HYSTERIA2_ENABLE,
HYSTERIA2_CONFIG (второй источник истины, читался первым), HYSTERIA2_TRAFFIC_TIME
и HYSTERIA2_CONFIG_REMARK. Имя профиля в share URI выводится из имени пира.

Безопасность:
- bootstrap-пароль администратора больше не генерируется и не пишется в журнал,
  который отдаётся кнопкой выгрузки; отсутствие env — отказ старта;
- собственный журнал админки санитизируется наравне с чужим;
- golang-jwt/jwt v3 -> v5: GO-2025-3553 не имеет исправленной версии в v3 и
  достижима с неаутентифицированного запроса; набор алгоритмов подписи
  зафиксирован через WithValidMethods;
- удалён вход по несолёному SHA-224 из предыдущего поколения;
- убран modulo bias в util.RandomString — единственном генераторе секретов;
- пир установщика защищён во всех путях записи, а не только в импорте;
- удалена латентная паника в service.GetToken и недостижимая ветка GetAdminInfo,
  проверявшая меньше, чем middleware.

Toolchain: Go 1.21.13 -> 1.26.7, Node 20.19.0 (EOL) -> 24.20.0. На прежнем
графе govulncheck находил 21 вызываемую уязвимость, 17 из них в stdlib,
попадающей в production-бинарь. Сейчас — ноль. Добавлен обязательный шаг
проверки зависимостей (govulncheck + pnpm audit) с записью результата в
metadata пакета.

apps/service/config.go

@@ -15,10 +15,53 @@ import (
 	"strings"
 )
 
+// ConfigUpdate — одна пара «ключ/значение» из партии операторского API.
+type ConfigUpdate struct {
+	Key   string
+	Value string
+}
+
 func UpdateConfig(key string, value string) error {
 	return dao.UpdateConfig([]string{key}, map[string]interface{}{"value": value})
 }
 
+// UpdateConfigs применяет партию настроек целиком или не применяет вовсе.
+//
+// Проверка значений в неё не входит намеренно: партия обязана быть проверена
+// ПОЛНОСТЬЮ до открытия транзакции. Транзакция, внутри которой ещё может
+// возникнуть отказ по содержимому, — это откат вместо отказа, то есть лишняя
+// работа с базой на каждом неверно заполненном поле формы.
+func UpdateConfigs(updates []ConfigUpdate) error {
+	if len(updates) == 0 {
+		return nil
+	}
+	return dao.WithConfigTx(func(tx dao.ConfigTx) error {
+		for _, item := range updates {
+			if err := tx.UpdateConfig([]string{item.Key}, map[string]interface{}{"value": item.Value}); err != nil {
+				return err
+			}
+		}
+		return nil
+	})
+}
+
+// ValidateConfigValue проверяет ЗНАЧЕНИЕ настройки до записи в базу.
+//
+// Раньше такой проверки не было вовсе: DTO ограничивал длину 128 символами, а
+// поле расписания в панели — el-select с allow-create, то есть строка
+// произвольная. Невалидное cron-выражение сохранялось, API отвечал успехом, а
+// планировщик при следующем старте просто логировал ошибку и продолжал без
+// джобы. Для оператора это выглядело как «настройка принята, сброс трафика
+// молча перестал работать».
+func ValidateConfigValue(key string, value string) error {
+	switch key {
+	case constant.ResetTrafficCron:
+		return ValidateResetTrafficCron(value)
+	default:
+		return nil
+	}
+}
+
 func GetConfig(key string) (entity.Config, error) {
 	return dao.GetConfig("key = ?", key)
 }
@@ -27,23 +70,26 @@ func ListConfig(keys []string) ([]entity.Config, error) {
 	return dao.ListConfig("key in ?", keys)
 }
 
+// GetHysteria2Config читает ТОЛЬКО /etc/hysteria/config.yaml.
+//
+// Ветки «сначала посмотреть в SQLite, а если пусто — в файл» здесь больше нет.
+// Ключ HYSTERIA2_CONFIG остался от предыдущего поколения, где панель сама
+// владела серверным конфигом. В HY2XS владелец ровно один — install-оркестратор,
+// маршруты записи конфига удалены, и писателя у этого ключа не осталось: clean
+// install создавал его пустым, и пустым он оставался навсегда.
+//
+// Опасна была не бесполезность, а приоритет: БД читалась ПЕРВОЙ. Любое
+// значение, попавшее в неё в обход продукта, молча становилось тем, что панель
+// показывает оператору и из чего генерирует клиентские ссылки, пока Hysteria
+// продолжала работать по файлу. То есть ключ был готовым вторым источником
+// истины — ровно тем, что проект последовательно убирает.
 func GetHysteria2Config() (bo.Hysteria2ServerConfig, error) {
 	var serverConfig bo.Hysteria2ServerConfig
-	config, err := dao.GetConfig("key = ?", constant.Hysteria2Config)
+	content, err := os.ReadFile(constant.Hysteria2ConfigPath)
 	if err != nil {
 		return serverConfig, err
 	}
-	if config.Value == nil || strings.TrimSpace(*config.Value) == "" {
-		content, readErr := os.ReadFile(constant.Hysteria2ConfigPath)
-		if readErr != nil {
-			return serverConfig, readErr
-		}
-		if err = yaml.Unmarshal(content, &serverConfig); err != nil {
-			return serverConfig, err
-		}
-		return serverConfig, nil
-	}
-	if err = yaml.Unmarshal([]byte(*config.Value), &serverConfig); err != nil {
+	if err = yaml.Unmarshal(content, &serverConfig); err != nil {
 		return serverConfig, err
 	}
 	return serverConfig, nil
@@ -54,15 +100,18 @@ func GetHysteria2ApiPort() (int64, error) {
 	if err != nil {
 		return 0, err
 	}
+	// Сообщение передаётся аргументом, а не форматной строкой: значение
+	// приходит из /etc/hysteria/config.yaml, и знак процента в нём превращал
+	// запись журнала в мусор вида `%!s(MISSING)`.
 	if hysteria2Config.TrafficStats == nil || hysteria2Config.TrafficStats.Listen == nil {
 		errMsg := "hysteria2 Traffic Stats API (HTTP) Listen is nil"
-		logrus.Errorf(errMsg)
+		logrus.Errorf("%s", errMsg)
 		return 0, errors.New(errMsg)
 	}
 	apiPort, err := parseTrafficStatsPort(*hysteria2Config.TrafficStats.Listen)
 	if err != nil {
 		errMsg := fmt.Sprintf("apiPort: %s is invalid: %v", *hysteria2Config.TrafficStats.Listen, err)
-		logrus.Errorf(errMsg)
+		logrus.Errorf("%s", errMsg)
 		return 0, errors.New(errMsg)
 	}
 	return apiPort, nil