fix(admin): закрыть обещания панели, которые продукт не выполнял

Девятый проход, по итогам приёмки v1.0.0-rc1 на живом Debian 13. Общая тема:
интерфейс обещал оператору то, что продукт умел, но до чего не доходило
управление.

Секрет пира. Подпись под полем предлагала оставить его пустым, сервер умел его
сгенерировать, и генерация была недостижима: в go-playground/validator тег
omitempty НЕ пропускает правило, если поле объявлено указателем и указатель не
nil — hasValue считает указатель на пустую строку «значением». Правило min=6
применялось к пустой строке и отказывало. Ловушка закрыта общим шагом
нормализации DTO, а не тегом на одном поле: та же ловушка ломала фильтр списка
пиров, где очищенный крестиком el-input отправляет `?name=`. Граница проходит по
каждому полю отдельно — у remark пустая строка означает «убрать пометку», у
disabled ноль означает «включён».

Отказы. Любая ошибка любого поля превращалась в слово `invalid`, а слой vo
определял код ответа СРАВНЕНИЕМ текста сообщения — тот же антипаттерн, который
запрещён панели, только на сервере. Ответ несёт errors[{code, field, message,
params}]; панель выбирает фразу по коду и подставляет причины под поля.

Сессия. Ветка «войдите заново» была недостижима дважды: сервер отвечает HTTP 200
на любой отказ, поэтому обработчик ошибок axios не вызывался, а условие в нём
проверяло code === "A0230" и поле msg, которых в этом API никогда не было.
Истёкший токен вдобавок уезжал с кодом системной ошибки.

Иконки. Контракт currentColor был объявлен в двух местах и не действовал: восемь
ассетов несли литеральный fill="#000000" на <path>, а атрибут представления
перебивает унаследованное CSS-свойство. Под это попадали все семь иконок
бокового меню на фоне #181818.

Имя пира. Два правила на одном поле противоречили друг другу (min=1 против
6-32), а копия набора символов в слое контроллеров несла неэкранированный дефис
и впускала `, - . / : ; <` — через панель проходило имя peer/name, которое
импорт того же пира отклонял. Набор символов ЛОГИНА сознательно не сужен и
закреплён тестом: он приходит из HY2XS_ADMIN_USER и оркестратором не
ограничивается.

Добавлены подпись «Разработано во Flamy» с адресом, принадлежащим приложению, и
контрактные тесты панели как обязательный шаг сборки. Их исполняет Bun, а не
vitest: jsdom не вычисляет currentColor и визуальной корректности не доказал бы,
зато vitest привёл бы в граф pnpm audit сотню транзитивных зависимостей.

docs/ разложена по слоям, 11-testing-and-acceptance.md (117 КБ) разбит на пять
частей, добавлен docs/acceptance/ с отчётом о прогоне rc1 и перечнем дефектов.
Обход документации в приёмке стал рекурсивным: плоский docs/*.md после
разнесения по каталогам совпадал бы ровно с одним файлом.

apps/frontend/src/utils/request.ts

@@ -1,6 +1,12 @@
-import axios, { InternalAxiosRequestConfig, AxiosResponse } from "axios";
+import axios, {
+  AxiosError,
+  AxiosResponse,
+  InternalAxiosRequestConfig,
+} from "axios";
 import { useAdminStoreHook } from "@/store/modules/admin";
 import i18n from "@/lang/index";
+import { API_CODE, ApiError, ApiErrorPayload } from "@/utils/api-error";
+import { describeApiError } from "@/utils/api-message";
 
 const dynamicBase = (window as any).__dynamic_base__ || "";
 // Операторский API живёт под /api. Прежний префикс «hui» был наследием H UI:
@@ -10,6 +16,19 @@ const dynamicBase = (window as any).__dynamic_base__ || "";
 // ADMIN_API_BASE в оркестраторе.
 const API_BASE = "/api";
 const t = i18n.global.t;
+
+/**
+ * Запрос может отказаться от общего тоста, если показывает причину сам.
+ *
+ * Так делает форма пира: причины по полям она подставляет прямо под поля, и
+ * второй сигнал тостом там только шумит.
+ */
+declare module "axios" {
+  export interface AxiosRequestConfig {
+    skipErrorToast?: boolean;
+  }
+}
+
 // Создание axios instance
 const service = axios.create({
   baseURL: `${dynamicBase}${API_BASE}`,
@@ -31,38 +50,98 @@ service.interceptors.request.use(
   }
 );
 
+/**
+ * Сессия кончилась под руками у оператора.
+ *
+ * Раньше эта ветка была недостижима, и не в одном месте, а в двух. Сервер
+ * отвечал HTTP 200 на любой отказ, поэтому обработчик ошибок axios (второй
+ * аргумент interceptors.response.use) для отказов API не вызывался вовсе — а
+ * жила ветка сессии именно там. Условие в ней проверяло `code === "A0230"` и
+ * поле `msg`, которых в этом API никогда не было: остатки чужого шаблона.
+ * Ключ common.sessionExpired существовал и был мёртвым.
+ *
+ * Диалог показывается ОДИН раз: истёкший токен обычно роняет сразу несколько
+ * параллельных запросов страницы, и без этого оператор получил бы стопку
+ * одинаковых окон.
+ */
+let sessionPromptOpen = false;
+
+function promptSignIn(expired: boolean): void {
+  if (sessionPromptOpen) {
+    return;
+  }
+  sessionPromptOpen = true;
+
+  const finish = () => {
+    sessionPromptOpen = false;
+    // Сбрасывается ТОЛЬКО сессия. Прежний код звал localStorage.clear(), то
+    // есть заодно стирал выбранный оператором язык панели: при следующем входе
+    // интерфейс возвращался к значению по умолчанию без всякой причины.
+    useAdminStoreHook().resetToken();
+    const redirect = encodeURIComponent(
+      window.location.pathname + window.location.search
+    );
+    window.location.href = `/login?redirect=${redirect}`;
+  };
+
+  ElMessageBox.confirm(
+    expired ? t("common.sessionExpired") : t("common.signInRequired"),
+    t("common.warning"),
+    {
+      confirmButtonText: t("common.signIn"),
+      showCancelButton: false,
+      closeOnClickModal: false,
+      closeOnPressEscape: false,
+      showClose: false,
+      type: "warning",
+    }
+  )
+    .then(finish)
+    .catch(finish);
+}
+
 // Response interceptor
 service.interceptors.response.use(
   (response: AxiosResponse) => {
-    const { code, message } = response.data;
-    if (code === 20000) {
-      return response.data;
-    }
-    // Обработка бинарного ответа при экспорте файлов
-    if (response.data instanceof ArrayBuffer || response.data instanceof Blob) {
+    // Бинарный ответ (выгрузка файла) не несёт конверта с кодом и обязан
+    // проверяться ДО обращения к его полям: у Blob их нет.
+    if (
+      response.data instanceof ArrayBuffer ||
+      response.data instanceof Blob
+    ) {
       return response;
     }
 
-    ElMessage.error(message || "Системная ошибка");
-    return Promise.reject(new Error(message || "Error"));
-  },
-  (error: any) => {
-    if (error.response.data) {
-      const { code, msg } = error.response.data;
-      // Token истёк, нужен повторный вход
-      if (code === "A0230") {
-        ElMessageBox.confirm(t("common.sessionExpired"), t("common.warning"), {
-          confirmButtonText: t("common.confirm"),
-          type: "warning",
-        }).then(() => {
-          localStorage.clear();
-          window.location.href = "/";
-        });
-      } else {
-        ElMessage.error(msg || "Системная ошибка");
-      }
+    const payload = response.data as ApiErrorPayload;
+    if (payload?.code === API_CODE.success) {
+      return response.data;
     }
-    return Promise.reject(error.message);
+
+    const apiError = new ApiError(payload ?? { code: API_CODE.systemError });
+
+    if (apiError.requiresSignIn) {
+      promptSignIn(apiError.sessionExpired);
+      return Promise.reject(apiError);
+    }
+
+    if (!response.config?.skipErrorToast) {
+      ElMessage.error(describeApiError(apiError));
+    }
+    return Promise.reject(apiError);
+  },
+  (error: AxiosError) => {
+    // Сюда приходит транспорт: сеть недоступна, таймаут, отменённый запрос,
+    // HTTP-статус вне 2xx. Прежний код читал error.response.data без проверки
+    // самого error.response — то есть при обрыве соединения падал с
+    // TypeError и подменял настоящую причину отказом внутри обработчика.
+    const message = error.response
+      ? t("common.systemError")
+      : t("common.networkError");
+
+    if (!error.config?.skipErrorToast) {
+      ElMessage.error(message);
+    }
+    return Promise.reject(error);
   }
 );