package service

import (
	"hy2xs-admin/model/entity"
)

// Правило доступа пира объявлено ОДИН РАЗ и живёт в Go, а не в SQL.
//
// Что было. Правило существовало в двух экземплярах, написанных разными
// условиями в разных местах.
//
// Авторизация (Hysteria2Auth) прятала его в выборке:
//
//	disabled = 0
//	and (quota_bytes < 0 or quota_bytes > download_bytes + upload_bytes)
//	and (expires_at = 0 or ? < expires_at)
//	and ? > banned_until
//
// Принудительное отключение (cron) — в своей выборке, уже с другими границами:
//
//	disabled = 1
//	or (quota_bytes > 0 and quota_bytes < download_bytes + upload_bytes)
//	or (expires_at > 0 and ? > expires_at)
//	or ? < banned_until
//
// Это не стилистическое дублирование. Второе условие — не отрицание первого, и
// расхождение приходилось ровно на границы:
//
//	quota = 0        auth отказывает, cron сессию не рвёт
//	usage = quota    auth отказывает, cron сессию не рвёт
//	now = expiresAt  auth отказывает, cron сессию не рвёт
//	now = bannedUntil auth отказывает, cron сессию не рвёт
//
// Хуже всего вела себя исчерпанная квота. `quota_bytes < download + upload`
// требует СТРОГОГО превышения, а счётчики растут порциями по ответу Traffic
// Stats API, поэтому попадание в точное равенство — не экзотика, а обычный
// исход последнего сбора. Пир с исчерпанной квотой не пускался заново, но его
// живая сессия не разрывалась НИКОГДА: он продолжал пользоваться доступом,
// пока не переподключался по своей воле.
//
// Поэтому политика перестаёт быть частью запроса и становится функцией
// продукта. Авторизация и enforcement физически не могут разойтись, потому что
// спрашивают одно и то же.
//
// Производительность здесь не страдает: авторизация всё равно ищет ОДНУ строку
// по secret_digest, а cron всё равно читает пиров, которых Hysteria назвала
// онлайн.

// peerAccessDenied отвечает на единственный вопрос: закрыт ли доступ пиру
// прямо сейчас.
//
//	disabled == 1                            -> DENY
//	quotaBytes  < 0                          -> квота не ограничена
//	quotaBytes >= 0 && usage >= quotaBytes   -> DENY
//	expiresAt   > 0 && now >= expiresAt      -> DENY
//	bannedUntil > now                        -> DENY
//	иначе                                    -> ALLOW
//
// Границы выбраны по смыслу самих названий:
//
//	quota = -1        единственный способ сказать «без ограничения»;
//	quota = 0         нулевая квота — это ноль байтов, а не безлимит;
//	usage = quota     выданный лимит уже израсходован целиком;
//	expiresAt = now   срок доступа уже наступил, то есть истёк;
//	bannedUntil = now временная блокировка уже закончилась.
//
// Отрицательная квота любой величины означает «без ограничения» — так же, как
// это делала выборка авторизации (`quota_bytes < 0`). Через двери продукта
// значение меньше -1 недостижимо: и dto.PeerSaveDto, и валидация импорта
// требуют `>= -1`. Канон один — `-1`.
func peerAccessDenied(peer entity.Peer, now int64) bool {
	// Строка без решающего поля — повреждённые данные, а не пир без
	// ограничений.
	//
	// Все эти колонки объявлены NOT NULL с DEFAULT, поэтому nil здесь может
	// означать только повреждение. На пути принятия решения о доступе такая
	// строка обязана вести к отказу: молчаливое «поле не задано, значит можно»
	// — это ровно тот способ, которым ограничение перестаёт быть ограничением.
	if peer.Disabled == nil || peer.QuotaBytes == nil ||
		peer.DownloadBytes == nil || peer.UploadBytes == nil ||
		peer.ExpiresAt == nil || peer.BannedUntil == nil {
		return true
	}

	if *peer.Disabled == 1 {
		return true
	}

	if *peer.QuotaBytes >= 0 && *peer.DownloadBytes+*peer.UploadBytes >= *peer.QuotaBytes {
		return true
	}

	if *peer.ExpiresAt > 0 && now >= *peer.ExpiresAt {
		return true
	}

	if *peer.BannedUntil > now {
		return true
	}

	return false
}

// Живая сессия сверяется с сохранённым состоянием ПОВТОРЯЕМО.
//
// Что было. Приведение сессий к состоянию базы выполнялось ровно один раз — в
// той же операции, которая это состояние записала. Порядок «сначала запись,
// потом `/kick`» правильный, и откат при неудаче разрыва делать нельзя: часть
// операции, закрывающая доступ, уже достигнута. Но второй попытки после
// неудачи не существовало вовсе, и два состояния оставались навсегда.
//
// Первое — замена `auth_id` импортом:
//
//	импорт old-auth -> new-auth, COMMIT прошёл
//	/kick old-auth  -> 500
//	оператор повторяет тот же импорт
//	applyPeerImportEntry читает из базы уже new-auth и рвёт ЕГО
//
// Старый идентификатор после первой же неудачи не хранился нигде, а cron его
// пропускал: `dao.ListPeer("auth_id in ?")` просто не возвращала строку, и
// authID, которого нет в базе, молча выпадал из обхода. Живая QUIC-сессия
// удалённого или переподписанного пира продолжалась сколько угодно долго.
//
// Второе — снижение `maxDevices`:
//
//	5 -> 1, запись прошла, /kick -> 500
//	оператор повторяет сохранение формы
//	updateRequiresReconcile сравнивает 1 < 1 -> false, разрыва нет
//
// Для `disabled` повторяемость сделана специально (условие смотрит на
// ЗАПРОШЕННОЕ состояние, а не на переход), для квоты и срока её обеспечивает
// cron через peerAccessDenied. Лимит устройств в политику доступа не входит и
// входить не должен — это свойство не пира, а его сессий, — поэтому здесь у
// него не было ни одного механизма схождения.
//
// Оба состояния закрывает один и тот же приём: cron сверяет не «кого из
// известных пиров пора отключить», а КАЖДЫЙ authID, который Hysteria считает
// живым. Отдельная таблица retry, очередь отложенных операций и хранимый
// «список того, что не удалось разорвать» для этого не нужны: `/online` и есть
// список живых сессий, и сверять его достаточно.

// peerSessionNeedsReconcile отвечает, устарела ли живая сессия пира.
//
// Вторым экземпляром политики доступа не является: disabled, quota, expiry и
// ban остаются целиком за peerAccessDenied, и эта функция их не повторяет, а
// вызывает. Своего здесь ровно одно — инвариант живых сессий, которого в
// хранимом состоянии пира нет: число подключённых устройств.
//
//	доступ закрыт                     -> сессия устарела
//	maxDevices непригоден             -> сессия устарела
//	устройств больше, чем разрешено   -> сессии устарели
//
// Непригодный `maxDevices` ведёт к разрыву по той же причине, по которой он
// ведёт к отказу в авторизации: повреждённая граница — это не «безлимит».
//
// Число устройств берётся из `/online`, который по официальному контракту
// Traffic Stats API возвращает количество экземпляров клиента Hysteria
// («устройства»), а не число proxy-потоков. То есть сравнение с `maxDevices`
// здесь опирается на upstream-контракт, а не на предположение.
//
// Выбирать «лишнее устройство» не нужно и невозможно: `/kick` оперирует
// идентификатором клиента. После разрыва клиенты переподключаются, и
// admission пропустит ровно столько, сколько разрешено теперь.
func peerSessionNeedsReconcile(peer entity.Peer, onlineDevices int64, now int64) bool {
	if peerAccessDenied(peer, now) {
		return true
	}
	if peer.MaxDevices == nil || *peer.MaxDevices < 1 {
		return true
	}
	return onlineDevices > *peer.MaxDevices
}