Девятый проход, по итогам приёмки v1.0.0-rc1 на живом Debian 13. Общая тема:
интерфейс обещал оператору то, что продукт умел, но до чего не доходило
управление.
Секрет пира. Подпись под полем предлагала оставить его пустым, сервер умел его
сгенерировать, и генерация была недостижима: в go-playground/validator тег
omitempty НЕ пропускает правило, если поле объявлено указателем и указатель не
nil — hasValue считает указатель на пустую строку «значением». Правило min=6
применялось к пустой строке и отказывало. Ловушка закрыта общим шагом
нормализации DTO, а не тегом на одном поле: та же ловушка ломала фильтр списка
пиров, где очищенный крестиком el-input отправляет `?name=`. Граница проходит по
каждому полю отдельно — у remark пустая строка означает «убрать пометку», у
disabled ноль означает «включён».
Отказы. Любая ошибка любого поля превращалась в слово `invalid`, а слой vo
определял код ответа СРАВНЕНИЕМ текста сообщения — тот же антипаттерн, который
запрещён панели, только на сервере. Ответ несёт errors[{code, field, message,
params}]; панель выбирает фразу по коду и подставляет причины под поля.
Сессия. Ветка «войдите заново» была недостижима дважды: сервер отвечает HTTP 200
на любой отказ, поэтому обработчик ошибок axios не вызывался, а условие в нём
проверяло code === "A0230" и поле msg, которых в этом API никогда не было.
Истёкший токен вдобавок уезжал с кодом системной ошибки.
Иконки. Контракт currentColor был объявлен в двух местах и не действовал: восемь
ассетов несли литеральный fill="#000000" на <path>, а атрибут представления
перебивает унаследованное CSS-свойство. Под это попадали все семь иконок
бокового меню на фоне #181818.
Имя пира. Два правила на одном поле противоречили друг другу (min=1 против
6-32), а копия набора символов в слое контроллеров несла неэкранированный дефис
и впускала `, - . / : ; <` — через панель проходило имя peer/name, которое
импорт того же пира отклонял. Набор символов ЛОГИНА сознательно не сужен и
закреплён тестом: он приходит из HY2XS_ADMIN_USER и оркестратором не
ограничивается.
Добавлены подпись «Разработано во Flamy» с адресом, принадлежащим приложению, и
контрактные тесты панели как обязательный шаг сборки. Их исполняет Bun, а не
vitest: jsdom не вычисляет currentColor и визуальной корректности не доказал бы,
зато vitest привёл бы в граф pnpm audit сотню транзитивных зависимостей.
docs/ разложена по слоям, 11-testing-and-acceptance.md (117 КБ) разбит на пять
частей, добавлен docs/acceptance/ с отчётом о прогоне rc1 и перечнем дефектов.
Обход документации в приёмке стал рекурсивным: плоский docs/*.md после
разнесения по каталогам совпадал бы ровно с одним файлом.
17 KiB
systemd and firewall
Цель документа
Зафиксировать базовый systemd/firewall слой под новую install model.
systemd: Hysteria2
Базовые требования:
- отдельный unit
hysteria-server.service - отдельный пользователь
hysteria - автозапуск после reboot
- restart policy для падений
Базовый ExecStart:
/usr/local/bin/hysteria server -c /etc/hysteria/config.yaml
systemd: HY2XS admin
Базовые требования:
- отдельный unit
hy2xs-admin.service - запуск от
User=hy2xs-admin, не от root - отдельный install dir
- отдельный data dir
- отдельный жизненный цикл от Hysteria
Рекомендуемый hardening:
NoNewPrivileges=truePrivateTmp=trueUMask=0077ProtectHome=trueProtectSystem=strictReadOnlyPaths=/etc/hysteria/config.yamlReadWritePaths=/var/lib/hy2xs-admin /var/log/hy2xsRestrictAddressFamilies=AF_INET AF_UNIXSystemCallArchitectures=nativeLockPersonality=true
Для hysteria-server.service также обязателен sandbox-контур:
ProtectSystem=strictReadOnlyPaths=/etc/hysteria/config.yamlReadWritePaths=/var/lib/hysteriaCapabilityBoundingSet=CAP_NET_BIND_SERVICE
Важно:
- HY2XS admin не должен запускаться как часть unit Hysteria
- unit-файлы не должны быть склеены
Базовая firewall-модель
Нужно разрешить:
- UDP-порт Hysteria2
- TCP-порт SSH
- established/related traffic
IPv4-only policy:
- использовать
table ip, а неtable inet; - IPv6 правила не добавлять;
- UI работает только на
127.0.0.1в production baseline.
Firewall modes
HY2XS_FIREWALL_MODE=managed:
- orchestrator управляет baseline nftables.
- существующий
foreignentrypoint блокирует install/reconfigure (fail-fast).
HY2XS_FIREWALL_MODE=takeover:
- явный destructive takeover.
- использовать только после ручной проверки хоста.
HY2XS_FIREWALL_MODE=external:
- orchestrator не модифицирует nftables.
- оператор полностью управляет firewall вручную.
HY2XS_FIREWALL_MODE=off:
- firewall-слой оркестратора отключён.
--skip-firewallэквивалентно runtime-отключению на время операции.
После staged-проверки можно включать default policy drop.
Порядок применения
- Снять резервную копию
/etc/nftables.conf,/etc/nftables.d/hy2xs.nftи состояния юнитаnftables.serviceв/run/hy2xs/rollback/<op-id>/и доказать, что копия создана. Отказ здесь останавливает операцию до первой мутации. - Подготовить candidate-файлы и проверить их
nft -c -f. - Подставить candidate в production-пути.
- Взвести rollback guard: транзиентный юнит
hy2xs-fw-rollback-<op-id>с окном 45 секунд.systemd-run \ --unit=hy2xs-fw-rollback-<op-id>.service \ --on-active=45s \ --timer-property=RemainAfterElapse=no \ --timer-property=AccuracySec=1s \ /bin/sh /run/hy2xs/rollback/<op-id>/auto-rollback.sh - Применить ruleset и проверить SSH/Hysteria/UI.
- Снять guard и доказать, что он снят (см. ниже).
- Долговечно зафиксировать успех.
- Только после этого удалить данные отката и candidate-файлы.
Порядок шагов 6–8 существенен: между снятием guard и удалением данных отката стоит фиксация успеха, поэтому отказ записи маркера (заполненный диск, read-only ФС) оставляет откат выполнимым.
Rollback guard
Guard — это защита от потери доступа к серверу. Он существует ради ситуации, в которой применённые правила отрезали SSH и оператор больше не может ничего сделать руками.
Окно guard намеренно короткое — 45 секунд — и намеренно не покрывает smoke: smoke на медленном, но исправном сервере может идти заметно дольше. Увеличение окна лечило бы гонку расширением, а не устранением.
Почему у таймера заданы AccuracySec и RemainAfterElapse
OnActiveSec=45s сам по себе не означает «ровно через 45 секунд».
systemd.timer разрешает себе сработать в окне
цель ... цель + AccuracySec
объединяя пробуждения ради экономии энергии, и умолчание AccuracySec= —
1min. То есть без явного значения guard, про который эта страница и текст
отказа говорят «45 секунд», по контракту systemd мог сработать и через 105.
Поэтому точность задаётся явно: AccuracySec=1s, и реальное окно — 45–46
секунд. Коалесценция пробуждений аварийному guard'у не нужна: он взводится
один раз за операцию и почти всегда снимается, не сработав.
RemainAfterElapse=no задаётся по другой причине. Отработавший одноразовый
таймер обязан выгрузиться — на этом стоит право барьера покоя считать
отсутствие юнита доказательством того, что откатывать firewall больше некому.
systemd-run выставляет это свойство транзиентным таймерам сам, но инвариант,
который держится на чужом умолчании, нигде не записан и ничем не проверяется;
в явном виде он попадает и в journal, и в тест.
Вместо этого guard оставляет за собой факт:
/run/hy2xs/rollback/<op-id>/auto-rollback-fired
Маркер создаётся rollback-скриптом первым действием, до любой проверки и до первой попытки восстановления. Отсюда инвариант фиксации успеха:
маркер auto-rollback-fired отсутствует
И hy2xs-fw-rollback-<op-id>.timer в состоянии inactive
И hy2xs-fw-rollback-<op-id>.service в состоянии inactive
=> автоматический откат больше не может сработать
Пока этот инвариант не доказан, phase: installed не записывается. Если guard
успел сработать, операция обязана завершиться отказом — даже если smoke
прошёл зелёным: сервер в этот момент работает на прежнем firewall, а не на том,
который сгенерировала операция.
Проверка состояния юнитов идёт по ActiveState, а не по коду возврата
systemctl stop: для транзиентного юнита, который уже отработал и был убран
systemd, stop возвращает 5, и этот исход неотличим от успешного снятия
взведённого таймера.
У факта срабатывания два независимых канала, и это не избыточность. Маркер —
обычный. Отказ юнита — аварийный: если записать маркер не удалось (заполненный
tmpfs /run, read-only ФС), скрипт поднимает код возврата, юнит уходит в
failed, а failed на пути фиксации успеха запрещён так же, как и маркер.
Без второго канала инвариант был бы верен лишь при дополнительном условии
«guard способен записать маркер», которого никто не гарантирует.
Сам rollback-скрипт восстанавливает файлы и ruleset, накапливает код возврата и
уходит в failed при частичном восстановлении. Состояние nftables.service он
сознательно не трогает: у этого юнита ExecStop=/usr/sbin/nft flush ruleset, то
есть остановка сервиса стёрла бы только что восстановленные правила. Enable и
active восстанавливает обычный откат в процессе оркестратора, где порядок стадий
контролируется.
Guard переживает свой процесс
Guard — объект systemd, а не часть процесса оркестратора. Аварийно умершая операция оставляет его вооружённым, и он способен вернуть прежний firewall уже посреди следующей операции. Замок операций от этого не защищает: он действует, пока жив процесс-держатель.
Поэтому условие начала новой операции — не «PID предыдущей мёртв», а «у предыдущей не осталось исполнителей, способных изменить систему». Каждый захват замка проходит через барьер покоя.
Покой перечисляется белым списком
Покой — это inactive и failed, и только они. Отработавший guard больше
ничего не сделает, а отказ по failed заблокировал бы repair — ровно тот
инструмент, которым чинят последствия. Всё остальное считается непокоем и
запрещает операцию.
Список именно белый, а не чёрный. Перечисление непокойных состояний
(active, activating, deactivating, reloading) объявляло бы безопасным
любое состояние, которого автор не назвал, — включая те, которых он не знал:
systemd 257 знает ещё maintenance и refreshing, и список может пополниться
снова. Незнакомое состояние systemd обязано блокировать операцию, а не
проходить молча.
Единственное исключение — *.timer в SubState=elapsed или dead. ActiveState
таймера отвечает на вопрос «юнит загружен и в строю», а не «он ещё может
сработать»: в systemd TIMER_ELAPSED отображается в UNIT_ACTIVE так же, как
TIMER_WAITING, и различает их только SubState. У наших guard'ов такого не
бывает (RemainAfterElapse=no), но инвариант «барьер не залипает» не должен
зависеть от того, чем именно создан таймер: иначе отработавший таймер запрещал
бы install/reconfigure/repair/doctor навсегда — и запрещал бы ради отката,
который уже произошёл. Триггернутый сервис при этом виден барьеру отдельным
юнитом и остаётся непокоем, пока выполняется.
Отказ запроса к systemd — это отказ операции
Если systemctl не ответил, барьер не считает систему спокойной:
unable to verify firewall rollback guard state;
systemd query failed, refusing to start a lifecycle operation
Отсутствие ответа — отсутствие наблюдения, а не наблюдение покоя. Обратная трактовка давала реальный сценарий потери firewall:
systemd жив, старый rollback timer взведён
-> запрос к systemctl/D-Bus временно отказывает
-> список guard'ов пуст
-> барьер считает систему спокойной
-> новая операция начинает менять firewall
-> старый таймер срабатывает поверх неё
Механизм, обязанный доказать отсутствие асинхронного исполнителя, принимал невозможность получить доказательство за положительный результат. Это прямо противоположно политике замка операций, где сомнение трактуется в пользу отказа.
Практического выигрыша у прежнего поведения не было: systemd-run требуется в
preflight, поэтому без работающего systemd операция всё равно откажет — просто
позже и с менее внятной диагностикой.
Состояния hysteria-server, hy2xs-admin и nftables.service барьер
сознательно не проверяет: незавершённый systemctl restart ничего не
откатывает, он лишь повторяет то, что новая операция сделает сама.
Один наблюдатель на барьер и на отчёт
Состояние guard'ов читает одна функция, и hy2xs-orchestrator status берёт его
у неё же. Раньше у status была своя копия листинга, и она расходилась с
барьером по трём пунктам сразу: без --plain (у failed-юнита первой колонкой
идёт маркер ●), с || true (отказ systemd превращался в «guard'ов нет») и
без разбора состояний — вооружённым считался любой найденный юнит. На практике
это означало, что аварийно сработавший guard оставлял failed-сервис
загруженным до reset-failed, status вечно показывал firewall_state: guard_active, а барьер тот же самый юнит считал покоем и разрешал repair.
status при этом остаётся отчётом: он не берёт замок и существует в том числе
для сломанного хоста, поэтому «спросить не удалось» попадает в JSON значением
rollback_guard_state: "unknown", а не отказом команды.
Проверка эффективного firewall
nft -c -f /etc/nftables.conf разбирает текущий файл, каким бы он ни был, и
поэтому ничего не говорит о том, чей это firewall. Smoke дополнительно сверяет:
/etc/nftables.d/hy2xs.nftсовпадает с фрагментом, отрендеренным для этой конфигурации;/etc/nftables.confпринадлежит HY2XS и подключает именно его;- таблица
inet hy2xsреально загружена в ядро.
Все три — наблюдение, поэтому проверка выполняется и в doctor, где она
обнаруживает расхождение effective firewall с конфигурацией.
Что не делаем
В baseline не делаем:
- port hopping
- сложную динамическую firewall-логику
- смешение UI-портов и публичного транспортного порта в один firewall-контур без правил
Инварианты
Система считается корректной, если:
- Hysteria и HY2XS admin работают отдельными systemd unit
- Hysteria слушает нужный UDP-порт
- SSH не ломается после применения firewall
- firewall-политика не противоречит listen policy
- после reboot оба нужных сервиса стартуют корректно