95f81c28584f9e68202865938eaf990be0900942
8 Commits
| Author | SHA1 | Message | Date | |
|---|---|---|---|---|
 Crimson
|
b7e478f014 | fix(rc5): harden frontend runtime and diagnostics | ||
|
Crimson
|
a3445f79c5 | fix(security): harden diagnostics storage boundary | ||
|
Crimson
|
af9f476658 | fix(utf8): закрыть lossy-границы конфигурации и API | ||
|
Crimson
|
ab788725cf |
fix(env): контракт был шире домена, который принимает systemd
Разбор предыдущего прохода со сверкой по исходникам systemd v257.13 — той самой линии, что стоит на Debian 13. Тема та же и слоем глубже: контракт, объявленный шире, чем его принимает чужая сторона. Прошлый проход сделал транспорт lossless для значений, которые systemd принимает, но не спросил, какие значения он принимает вообще. 1. Домен значений файла окружения Перед тем как принять пару, systemd прогоняет ключ и значение через utf8_is_valid (src/basic/env-file.c, check_utf8ness_and_warn), и отказ там возвращает -EINVAL — то есть НЕзагруженный EnvironmentFile= и юнит, который не стартует, а не предупреждение. unichar_is_valid (src/basic/utf8.c) отвергает суррогаты, U+FDD0..U+FDEF и все code points вида *FFFE/*FFFF, а сам utf8_is_valid — встроенный NUL и невалидный UTF-8. Пароль "abcde" + U+FDD0 — шесть символов, восемь байт, ни одного управляющего — проходил панель, оркестратор, DTO и хеширование, записывался в hy2xs.env, и после этого админка не поднималась. Тот же класс дефекта, ради уничтожения которого контракт и существует, только слоем ниже. Введён IsEnvTransportableText (Go) / isEnvTransportable (TS), повторяющий множество systemd точно — не шире и не уже. Отдельно отвергаются одиночные суррогаты: строка JavaScript вправе их содержать, а TextEncoder молча заменяет непарный суррогат на U+FFFD, то есть без проверки в файл уехал бы ДРУГОЙ секрет, а не отказ. Заодно разделены домен транспорта и политика продукта. Проверка отвергала C0 и DEL с формулировкой «формат управляющих символов не несёт» — неправда: внутри двойных кавычек перевод строки накапливается как обычный байт и переживает round-trip. Именно эта подмена и позволила проверке не знать про noncharacters. Политика HY2XS теперь запрещает категорию Cc целиком (была шире кода ровно на C1) плюс U+FEFF — последний отдельным решением продукта, а не форматом: 0xFEFF & 0xFFFE это 0xFEFE, и systemd такое значение принимает. 2. Рецепт восстановления выполнял env-файл как код В docs/operations/12, раздел «Забыт пароль администратора», стояло `set -a; . /etc/hy2xs/hy2xs.env; set +a`. Строка стала опасной ровно тогда, когда файл научился нести произвольные значения. Для systemd HY2XS_ADMIN_INITIAL_PASSWORD="$(...)" — буквальное значение: подстановок в EnvironmentFile= нет вовсе. Но `.` обрабатывает файл bash, а bash внутри двойных кавычек выполняет подстановку команд — от root, прямо в рецепте восстановления доступа. Соседний раздел той же страницы при этом уже правильно запрещал source/eval для bootstrap-admin.secret: документ запрещал действие и тут же его предлагал. Рецепт читает нужные значения как ДАННЫЕ. Поставлен гейт приёмки, запрещающий возврат source/./eval над этими файлами в командах документации и в скриптах; гейт смотрит только внутрь ```-блоков, чтобы объяснение, называющее убранную конструкцию по имени, его не роняло. 3. Отказ приходил после мутаций хоста Проверка транспорта жила только внутри renderRuntimeEnv, то есть срабатывала на шаге «write runtime env» — уже после bootstrap оркестратора, установки пакетов и раскладки файловой системы, — а read-only preflight-install говорил PASS: он зовёт parseRuntimeEnv и ничего не рендерит. Детерминированно известная ошибка конфигурации роняла операцию, оставив за собой изменённый хост, что прямо противоречит контракту PHASE 0. validateRuntimeEnvTransport вызывается теперь из parseRuntimeEnv и проходит по ВСЕМ парам runtimeEnvEntries: ограничение принадлежит формату, а не полю пароля, и HY2XS_ADMIN_CON_PASS сломал бы загрузку юнита так же. 4. Точность порта автомата и его описания - в состоянии DOUBLE_QUOTE_VALUE_ESCAPE systemd пишет `c != '\n'`, а не проверку на любой перевод строки (в VALUE_ESCAPE — наоборот, strchr(NEWLINE, c)). Порт съедал и \<LF>, и \<CR>; - комментарий обещал одно намеренное расхождение с systemd, а их два: кроме строки без `=`, HY2XS отказывает и на незакрытой кавычке в конце файла. Оба fail-closed и теперь названы оба. Тесты: граничная таблица во всех слоях дополнена значениями вне домена (U+FDD0, U+FDEF, U+FFFE, U+FFFF, U+1FFFF, U+10FFFF, невалидный UTF-8), соседями диапазонов (U+FDCF, U+FDF0, U+FFFD, U+10FFFD), C1 и U+FEFF, одиночным суррогатом. Добавлены TestEnvTransportDomainMatchesSystemd (домен не шире и не уже) и TestProductPolicyIsWiderThanTransportDomain (домен и политика различимы), а также проверки fail-closed порядка: parseRuntimeEnv отвергает непригодную конфигурацию, проверяются все значения файла, запись и проверка ходят по одному списку пар. Co-Authored-By: Claude Opus 5 <noreply@anthropic.com> |
||
|
Crimson
|
65042ee335 |
fix(auth): контракт пароля администратора расходился с bcrypt в четырёх местах
Верхняя граница пароля была объявлена в 64 СИМВОЛА и обоснована пределом bcrypt в 72 БАЙТА. Обоснование верно только для ASCII: у 64 символов длина от 64 до 256 байт. golang.org/x/crypto@v0.55.0 (bcrypt.go:96) отвечает на пароль длиннее 72 байт ErrPasswordTooLong, а не «молча отбрасывает остаток», как утверждал комментарий, — так вела себя редакция пакета до v0.28. Следствие: пароль из 64 кириллических букв (128 байт) проходил панель, оркестратор и DTO, а отказ приходил из хеширования — системной ошибкой на штатной смене пароля, а при установке падением старта админки, то есть сервером без администратора после INSTALL EXIT CODE: 0. Хуже самого дефекта было то, что тест закреплял это значение как ожидаемое. Вместе с ним закрыты три соседних расхождения того же контракта. Пароль триммился вопреки собственному контракту. util.HashPassword вёл проверку len(strings.TrimSpace(password)) < 6, а bootstrap читал strings.TrimSpace(os.Getenv("HY2XS_ADMIN_INITIAL_PASSWORD")). Значение "abcde " принимали все двери продукта и не мог захешировать никто, а первая учётная запись создавалась не с тем паролем, который оператор записал в hy2xs.env. Панель считала длину в единицах UTF-16. Element Plus делегирует правила формы async-validator, а он сравнивает min/max с String.prototype.length: пароль из трёх эмодзи имел length 6, проходил минимум формы и получал отказ сервера, который панель не могла объяснить. hy2xs.env не был форматом. Значения писались интерполяцией, а читались split("=") с trim(); при этом файл читает не только оркестратор — он объявлен EnvironmentFile= в юните hy2xs-admin, и у незакавыченного значения systemd срезает краевые пробелы и трактует обратный слеш как escape. Что сделано: - контракт переехал в leaf-пакет apps/credential: его зовут util.HashPassword и dao, а service импортирует util — обратный импорт был бы циклическим, и именно поэтому HashPassword завёл собственную копию правила; - AdminPasswordMaxBytes = 72 объявлен отдельной константой и зеркально в оркестраторе и панели; сверяется тестами, читающими Go-исходник; - одно правило adminPassword вместо min=6,max=64 в тегах DTO (границу в байтах тегом валидатора не выразить) и код причины admin_password_format, называющий обе границы; - TrimSpace убран из хеширования и из bootstrap-пути; bootstrap проверяет контракт сам и падает с текстом, называющим переменную и файл; - панель считает code points и UTF-8 байты общим adminPasswordFormRule на обеих формах вместо встроенных min/max; - orchestrator/src/lib/envFile.ts — порт конечного автомата parse_env_file_internal из systemd и обратный ему кодировщик; экранируются только обратный слеш и двойная кавычка, оба из SHELL_NEED_ESCAPE. Обычные значения остаются без кавычек, поэтому релизные гейты не меняются. Тем же кодировщиком пишется bootstrap-admin.secret; - управляющие символы запрещены контрактом: формат KEY=VALUE их не несёт, а ввести такой пароль в форму входа всё равно нельзя; - отрицательная проба smoke сверяет конверт отказа (code 50000, invalid_credentials, отсутствие accessToken) вместо HTTP 200, а пароль генерирует, а не берёт из литерала; - положительная проба читает bootstrap-секрет парсером формата вместо grep | cut -d= -f2- с trim() — третьего по счёту слоя, срезавшего пробелы. Тесты: граничная таблица (36 x «я», 37 x «я», 18 и 19 эмодзи, 64 x «я», «abcde ») прогоняется в четырёх слоях; тест с 64 кириллическими буквами инвертирован; round-trip env-формата на значениях с кавычками, слешами и краевыми пробелами; bootstrap-путь на настоящей SQLite. 14 новых гейтов приёмки. Co-Authored-By: Claude Opus 5 <noreply@anthropic.com> |
||
 founder
|
82e5ca40cc |
fix(build): гейт ACME описывал снятую архитектуру панели
Приёмка требовала, чтобы страница Hysteria содержала жёсткий список ACME DNS-провайдеров (cloudflare … vultr) и не содержала удалённого upstream namedotcom. Это имело смысл, пока панель ПРЕДЛАГАЛА выбор провайдера: список в UI был вторым экземпляром upstream-реестра и мог от него отстать — ровно так namedotcom и пришлось выпиливать вручную. После перевода страницы в read-only диагностику реестра нет и быть не должно: имя провайдера читается из фактического конфига и показывается как есть, поэтому новый upstream-провайдер отображается без правок панели. Возврат списка ради прохождения grep-а создал бы фиктивный реестр, существующий только для гейта. Гейт проверяет действующий контракт: провайдер приходит строкой и рисуется как значение, параметры DNS отдаются только именами, селектора на странице нет. Проверено положительно и на трёх нарушениях (провайдер перестал показываться, на странице появился селектор, тип стал перечислением) — гейт падает на каждом. Контрактный тест панели дополнен обратной проверкой: ни одно из восьми имён провайдеров не должно встречаться в исходнике страницы. Та же формулировка поправлена в матрице приёмки. Дополнительно прогнаны целиком все восемь функций приёмки, которым не нужен распакованный пакет: других устаревших утверждений нет. |
||
|
founder
|
cb20d8d28f |
fix(admin): связать отзыв учётных данных с идентичностью сессий и свести адрес control plane к одному
Отзыв секрета не сходился: `auth_id` при смене секрета оставался прежним, поэтому сессия, установленная по отозванным учётным данным, была неотличима от законной, и цикл учёта не имел признака, по которому её следовало завершить. У состояния есть путь без единой неудачи — Hysteria регистрирует соединение в Traffic Stats API только после возврата backend-auth, поэтому успешный /kick может пройти мимо. Новое поколение credentials получает новый auth_id, kick идёт по старому, пережившая сессия становится orphan. Адрес Traffic Stats API имел два контракта: оркестратор принимал любой IPv4, админка всегда шла на loopback. Валидная по всем гейтам конфигурация выключала лимит устройств, учёт трафика и принудительное отключение разом. Адрес зафиксирован, а расхождение файла с ним админка называет. Состояние службы стало трёхзначным: util.Exec выбрасывал вывод systemctl при ненулевом коде, поэтому «остановлена» и «спросить не удалось» приходили одним значением, а доступность Traffic Stats API выводилась из него же. Журнал Hysteria разбирается в фактическом формате upstream (time — дробное число), страница конфигурации показывает файл вместо дефолтов UI и не возит секреты в браузер, санитайзер выгрузки следует по YAML-якорям. Разбор: docs/acceptance/2026-09-02-v1.0.0-rc4-preflight-findings.md |
||
|
founder
|
c0a43ae915 |
fix(admin): закрыть обещания панели, которые продукт не выполнял
Девятый проход, по итогам приёмки v1.0.0-rc1 на живом Debian 13. Общая тема:
интерфейс обещал оператору то, что продукт умел, но до чего не доходило
управление.
Секрет пира. Подпись под полем предлагала оставить его пустым, сервер умел его
сгенерировать, и генерация была недостижима: в go-playground/validator тег
omitempty НЕ пропускает правило, если поле объявлено указателем и указатель не
nil — hasValue считает указатель на пустую строку «значением». Правило min=6
применялось к пустой строке и отказывало. Ловушка закрыта общим шагом
нормализации DTO, а не тегом на одном поле: та же ловушка ломала фильтр списка
пиров, где очищенный крестиком el-input отправляет `?name=`. Граница проходит по
каждому полю отдельно — у remark пустая строка означает «убрать пометку», у
disabled ноль означает «включён».
Отказы. Любая ошибка любого поля превращалась в слово `invalid`, а слой vo
определял код ответа СРАВНЕНИЕМ текста сообщения — тот же антипаттерн, который
запрещён панели, только на сервере. Ответ несёт errors[{code, field, message,
params}]; панель выбирает фразу по коду и подставляет причины под поля.
Сессия. Ветка «войдите заново» была недостижима дважды: сервер отвечает HTTP 200
на любой отказ, поэтому обработчик ошибок axios не вызывался, а условие в нём
проверяло code === "A0230" и поле msg, которых в этом API никогда не было.
Истёкший токен вдобавок уезжал с кодом системной ошибки.
Иконки. Контракт currentColor был объявлен в двух местах и не действовал: восемь
ассетов несли литеральный fill="#000000" на <path>, а атрибут представления
перебивает унаследованное CSS-свойство. Под это попадали все семь иконок
бокового меню на фоне #181818.
Имя пира. Два правила на одном поле противоречили друг другу (min=1 против
6-32), а копия набора символов в слое контроллеров несла неэкранированный дефис
и впускала `, - . / : ; <` — через панель проходило имя peer/name, которое
импорт того же пира отклонял. Набор символов ЛОГИНА сознательно не сужен и
закреплён тестом: он приходит из HY2XS_ADMIN_USER и оркестратором не
ограничивается.
Добавлены подпись «Разработано во Flamy» с адресом, принадлежащим приложению, и
контрактные тесты панели как обязательный шаг сборки. Их исполняет Bun, а не
vitest: jsdom не вычисляет currentColor и визуальной корректности не доказал бы,
зато vitest привёл бы в граф pnpm audit сотню транзитивных зависимостей.
docs/ разложена по слоям, 11-testing-and-acceptance.md (117 КБ) разбит на пять
частей, добавлен docs/acceptance/ с отчётом о прогоне rc1 и перечнем дефектов.
Обход документации в приёмке стал рекурсивным: плоский docs/*.md после
разнесения по каталогам совпадал бы ровно с одним файлом.
|