Девятый проход, по итогам приёмки v1.0.0-rc1 на живом Debian 13. Общая тема:
интерфейс обещал оператору то, что продукт умел, но до чего не доходило
управление.
Секрет пира. Подпись под полем предлагала оставить его пустым, сервер умел его
сгенерировать, и генерация была недостижима: в go-playground/validator тег
omitempty НЕ пропускает правило, если поле объявлено указателем и указатель не
nil — hasValue считает указатель на пустую строку «значением». Правило min=6
применялось к пустой строке и отказывало. Ловушка закрыта общим шагом
нормализации DTO, а не тегом на одном поле: та же ловушка ломала фильтр списка
пиров, где очищенный крестиком el-input отправляет `?name=`. Граница проходит по
каждому полю отдельно — у remark пустая строка означает «убрать пометку», у
disabled ноль означает «включён».
Отказы. Любая ошибка любого поля превращалась в слово `invalid`, а слой vo
определял код ответа СРАВНЕНИЕМ текста сообщения — тот же антипаттерн, который
запрещён панели, только на сервере. Ответ несёт errors[{code, field, message,
params}]; панель выбирает фразу по коду и подставляет причины под поля.
Сессия. Ветка «войдите заново» была недостижима дважды: сервер отвечает HTTP 200
на любой отказ, поэтому обработчик ошибок axios не вызывался, а условие в нём
проверяло code === "A0230" и поле msg, которых в этом API никогда не было.
Истёкший токен вдобавок уезжал с кодом системной ошибки.
Иконки. Контракт currentColor был объявлен в двух местах и не действовал: восемь
ассетов несли литеральный fill="#000000" на <path>, а атрибут представления
перебивает унаследованное CSS-свойство. Под это попадали все семь иконок
бокового меню на фоне #181818.
Имя пира. Два правила на одном поле противоречили друг другу (min=1 против
6-32), а копия набора символов в слое контроллеров несла неэкранированный дефис
и впускала `, - . / : ; <` — через панель проходило имя peer/name, которое
импорт того же пира отклонял. Набор символов ЛОГИНА сознательно не сужен и
закреплён тестом: он приходит из HY2XS_ADMIN_USER и оркестратором не
ограничивается.
Добавлены подпись «Разработано во Flamy» с адресом, принадлежащим приложению, и
контрактные тесты панели как обязательный шаг сборки. Их исполняет Bun, а не
vitest: jsdom не вычисляет currentColor и визуальной корректности не доказал бы,
зато vitest привёл бы в граф pnpm audit сотню транзитивных зависимостей.
docs/ разложена по слоям, 11-testing-and-acceptance.md (117 КБ) разбит на пять
частей, добавлен docs/acceptance/ с отчётом о прогоне rc1 и перечнем дефектов.
Обход документации в приёмке стал рекурсивным: плоский docs/*.md после
разнесения по каталогам совпадал бы ровно с одним файлом.
Проход по операциям, которые делают не то, что обещает их имя.
P0. Удаление bootstrap-admin-peer не было отзывом доступа. Признаком «создавать
пир или нет» служило наличие строки в таблице, а HY2XS_ADMIN_CON_PASS
продолжает жить в /etc/hy2xs/hy2xs.env — его читает systemd-юнит. Оператор
удалял пира, доступ исчезал, и ближайший restart возвращал того же пира с тем же
секретом. Молча. Признаком стала отметка BOOTSTRAP_PEER_SEEDED в таблице config:
«создавался когда-либо», а не «существует сейчас». Отметка и пир пишутся одной
транзакцией.
P1. Резервная копия с includeSecrets=true проглатывала и ошибку расшифровки, и
отсутствие шифртекста, отдавая пира с пустым secret и успешный ответ. Теперь
недоступный секрет любого пира отклоняет весь запрос с указанием имени.
P1. DecryptPeerSecret возвращала содержимое колонки как расшифрованный секрет,
если оно не начиналось с v1: — остаток поколения с открытыми секретами.
P1. doctor перезапускал hysteria-server и hy2xs-admin: диагностика подозрения на
проблему обрывала все живые соединения.
P1. Админка сама генерировала HYSTERIA2_TRAFFIC_STATS_SECRET, записать который в
/etc/hysteria/config.yaml она не может. Сервис объявлял себя здоровым, а machine
auth переставал совпадать.
P1. Обходы проверки зависимостей (accepted-risk/skipped) не могли произвести
артефакт: приёмка требует dependency_security_gate=true. Удалены из сборки и
документации, отсутствие проверяется приёмкой.
P2. UPDATE по отсутствующей строке config считался успехом, и cron
перепланировался при несохранённом значении. Решение по RowsAffected.
P2. Слой данных не отличал «записи нет» от «база не ответила»: sentinel-значения
ErrPeerNotFound / ErrAdminUserNotFound / ErrConfigNotFound / ErrStorage.
P2. Удалены алиасы /:id/client-url и /:id/qr.
Контракт разработки: apps/go.mod объявляет toolchain go1.26.7 (директива go —
языковой baseline, а не выбор компилятора), tools/dev/doctor.sh|.ps1 сверяют
среду с versions.env.
Сборка не собиралась: два контракта приёмки роняли её на корректном коде.
verify_api_namespace_contract искал возвращение legacy-пространства имён
через grep по '/hui' и находил router_test.go, который ПЕРЕЧИСЛЯЕТ этот
префикс, чтобы доказать отсутствие маршрута, и сам versions.sh, где строка
стоит в тексте проверки. Падение приходило шестым шагом из четырнадцати, до
резолва Hysteria. За ним прятался второй такой же: проверка транзакционности
импорта пиров брала файл от начала applyPeerImportEntry и до конца, захватывая
объявленные ниже ExistPeerName и UpdatePeerLastConnectionAt.
Обе проверки теперь смотрят на код, а не на упоминания: добавлены помощники
code_without_comments и code_mentions_in, а отсутствие legacy-маршрута
доказывает тест на таблице маршрутов собранного роутера.
Планировщик стал собственностью процесса. InitCron вызывался из runServer и
на каждом вызове создавал новый cron.New(), не сохраняя ссылку; cron.Stop()
не вызывался нигде. Смена RESET_TRAFFIC_CRON выполняла StopServer(), точка
входа крутила for { runServer() } — и каждая правка добавляла целый
дублирующий набор джоб, а старое расписание сброса продолжало работать.
Фиксированные джобы регистрируются один раз, расписание переносится на месте
по EntryID, HTTP-сервер не трогается. Добавлено штатное завершение по SIGTERM.
Выражение проверяется до записи в базу тем же парсером (cron.ParseStandard),
которым его разбирает планировщик: раньше невалидная строка сохранялась, API
отвечал успехом, а сброс трафика молча исчезал.
updateConfigs стал атомарным: полная проверка партии, одна транзакция,
применение к рантайму. Прежний тест ставил запрещённый ключ первым и не
смотрел в базу — поймать частичное применение он был неспособен.
Удалены четыре ключа таблицы config без единого потребителя: HYSTERIA2_ENABLE,
HYSTERIA2_CONFIG (второй источник истины, читался первым), HYSTERIA2_TRAFFIC_TIME
и HYSTERIA2_CONFIG_REMARK. Имя профиля в share URI выводится из имени пира.
Безопасность:
- bootstrap-пароль администратора больше не генерируется и не пишется в журнал,
который отдаётся кнопкой выгрузки; отсутствие env — отказ старта;
- собственный журнал админки санитизируется наравне с чужим;
- golang-jwt/jwt v3 -> v5: GO-2025-3553 не имеет исправленной версии в v3 и
достижима с неаутентифицированного запроса; набор алгоритмов подписи
зафиксирован через WithValidMethods;
- удалён вход по несолёному SHA-224 из предыдущего поколения;
- убран modulo bias в util.RandomString — единственном генераторе секретов;
- пир установщика защищён во всех путях записи, а не только в импорте;
- удалена латентная паника в service.GetToken и недостижимая ветка GetAdminInfo,
проверявшая меньше, чем middleware.
Toolchain: Go 1.21.13 -> 1.26.7, Node 20.19.0 (EOL) -> 24.20.0. На прежнем
графе govulncheck находил 21 вызываемую уязвимость, 17 из них в stdlib,
попадающей в production-бинарь. Сейчас — ноль. Добавлен обязательный шаг
проверки зависимостей (govulncheck + pnpm audit) с записью результата в
metadata пакета.
Hardening-проход перед первой сборкой на Debian. Три из найденного не
воспроизводились ни на одном dry-run и проявились бы только на живом сервере.
Установка
* preflight внутри install вызывался дважды и оба раза проверял clean-host.
Ко второму вызову на диске лежал собственный /var/lib/hy2xs/install-state.json,
записанный после первого preflight, и опознавался как маркер посторонней
установки: КАЖДАЯ чистая установка падала сразу после apt-get с
fatal_post_apply и оставляла сервер наполовину настроенным. Чистота хоста —
условие входа в операцию, возможности платформы проверяются уже внутри
PHASE 1, поэтому checkCleanHost стал отдельным параметром без умолчания.
* PHASE 1 начиналась в install.sh: shell сам создавал /usr/local/lib/hy2xs,
ставил бинарник, вешал symlink и копировал runtime-пакет, и только потом
запускал оркестратор с его собственным preflight. Отказ того preflight
объявлялся fatal_pre_apply — «на сервере ничего не изменено» — при уже
созданном каталоге оркестратора. Отследить владение мутацией невозможно,
пока мутируют двое: install.sh больше не изменяет ничего, раскладку
выполняет steps/bootstrap.ts под ownership.bootstrapTouched, пути попали
в owned_paths. Как следствие удалено деление clean-host на фазы.
* diagnosticsCollect стояла перед rollback обычным await в install и в
reconfigure. На заполненном диске она падает сама и отменяла откат целиком.
Диагностика — best effort, откат — обязателен.
* reconfigure/repair выбирали записываемую фазу отказа регулярным выражением
по тексту ошибки. Переведено на ownership-флаги.
Секреты
* Журнал админки писал RequestURI, то есть путь вместе с query. Hysteria
обращается к /internal/hysteria/auth?access_token=<секрет> при каждом
подключении пира, поэтому действующий machine token оседал открытым текстом
в hy2xs-admin.log, который отдаётся через ExportLog и попадает в
diagnostics-бандл. Логируется путь; значения query не пишутся, имена —
пишутся. Канала было два: gin.Default() печатает path?query в stdout,
оттуда в journald и в тот же бандл, — панель переведена на gin.New() +
Recovery(). Журналы внутри бандла и журнал Hysteria из ExportLog теперь
проходят санитайз. Сравнение токена — constant time.
* Config API позволял прочитать и подменить ключи приложения: getConfig и
listConfig принимали произвольный ключ, а проверка записи была denylist'ом
из трёх ключей оркестратора. Запрос ?key=PEER_SECRET_ENCRYPTION_KEY отдавал
master-key шифрования секретов пиров. Доступ переведён на allowlist, маршрут
getConfig удалён целиком — потребителей у него не было ни одного.
Пиры
* Импорт применялся по одной записи вне транзакции, вопреки собственному
контракту. Валидация не знает, что уже лежит в базе: cross-conflict по
UNIQUE(name) оставлял часть файла применённой. Применение выполняется одной
транзакцией, криптоматериал считается до её открытия.
* Файл импорта мог содержать хвостовой JSON-документ, который молча не
применялся. После разбора проверяется io.EOF.
* Экспорт разделён на «Экспорт настроек» и «Резервная копия» с секретами и
подтверждением: обычный экспорт выдаёт пирам новые секреты при импорте, и
прежние клиентские ссылки после переноса переставали работать.
Сборка
* Два stale-грепа в приёмке роняли build.sh в самом конце, внутри
verify_archive. Первый искал в smoke.ts исчезнувший литерал URL, второй
совпадал с router_test.go, который перечисляет удалённые маршруты, потому
что проверяет их отсутствие: добавление регрессионного теста ломало сборку.
* verify_archive требовал наличия мутирующей строки в install.sh. Инвариант
перевёрнут: их не должно быть ни одной.
Очистка
* Удалены entity.LegacyAccount, миграции 002/003 и мёртвые хелперы
listSQLMigrationFiles и envInt: v1 не мигрирует базу 0.x ни при каком
сценарии. Номера оставшихся миграций сохранены. H UI-словарь убран из
обычных доков, в docs/14 он остаётся — там это имена объектов для удаления.
* Список непубличных IPv4 приведён к IANA Special-Purpose Address Registry:
203.0.113.5 из RFC-примеров считался публичным адресом сервера. Отказ
резолвера отделён от отсутствия A-записи.
Проверено: bun test 233, go test 71, tsc/vue-tsc, bash -n 11 скриптов,
приёмка прогнана против дерева.
Экспорт в панели формировался через os.Create в /var/lib/hy2xs-admin/export,
и файл там оставался навсегда. При includeSecrets=true это означало
расшифрованные секреты пиров — фактические учётные данные доступа — в
открытом виде на диске, накапливающиеся с каждым нажатием кнопки. Выгрузки
формируются в памяти, каталога export/ больше нет.
Generic export/import таблицы config удалён целиком. Он исключал только сырой
Hysteria YAML, а в той же таблице лежат JWT_SECRET, PEER_SECRET_KEY,
PEER_SECRET_ENCRYPTION_KEY и HYSTERIA2_TRAFFIC_STATS_SECRET: кнопка Export
выгружала их открытым текстом, импорт позволял подменить. Для
PEER_SECRET_ENCRYPTION_KEY подмена ломает расшифровку секретов уже
существующих пиров. Production-сценария у этой пары не было.
Импорт пиров шёл мимо всей валидации, которую проходит обычное создание пира:
в базу попадало имя любой длины и с любыми символами, disabled с произвольным
числом, отрицательные счётчики. Файл применялся построчно, поэтому ошибка в
середине оставляла список наполовину изменённым, а импорт мог перезаписать
bootstrap-admin-peer, чей секрет продублирован в bootstrap-admin.secret.
Партия проверяется целиком до первой записи, неизвестные поля отклоняются.
Убран слой сетевых настроек панели: H_UI_WEB_PORT, H_UI_WEB_CONTEXT,
H_UI_CRT_PATH, H_UI_KEY_PATH и собственный TLS. Оркестратор передавал порт
аргументом, админка писала его в SQLite и тут же читала обратно, а UI
показывал поля disabled — второй источник истины, из которого ничего нельзя
было изменить. HUI_DATA/HUI_LOG заменены на HY2XS_DATA_DIR/HY2XS_LOG_DIR,
база переименована в hy2xs-admin.db, reference-схема — в schema.sql.
API namespace разделён по природе маршрутов: операторский API на /api,
machine-auth Hysteria на /internal/hysteria/auth. Путь machine-auth —
runtime-контракт, он уезжает в config.yaml и post-install.env, поэтому
объявлен одной константой на компонент.
Go-санитайзер экспорта вырезал секреты из URL только у ключей url/addr:
будущее upstream-поле с другим именем уносило учётные данные и access_token
целиком, а URL внутри списков не обрабатывались вовсе. Граница определяется
значением, а не именем ключа — как в TS-санитайзере оркестратора.
Заодно индикатор загрузки и цвета 401/404 переведены на брендовый токен:
NProgress приходил со своим #29d и был единственным элементом вне палитры.
Маршруты, операциями которых продукт не владеет, отвечали заглушкой
"managed by orchestrator" или пустым списком:
POST /hysteria2ChangeVersion
GET /listRelease
POST /config/updateHysteria2Config
POST /config/importHysteria2Config
POST /config/restartServer
POST /config/uploadCertFile
GET /config/hysteria2AcmePath (не имел потребителя вовсе)
Они удалены, а не оставлены заглушками. Причины две. API-контракт не
должен обещать updater, которого у продукта принципиально нет:
маршрут, всегда возвращающий отказ, вводит в заблуждение. И это лишняя
attack surface плюс технический мусор от прежней архитектуры.
Вместе с маршрутами убраны мёртвые сервисы (StartHysteria2,
StopHysteria2, RestartHysteria2, SetHysteria2Config,
UpdateHysteria2Config, GetAuthHttpUrl, Hysteria2AcmePath), неиспользуемые
типы и клиентские функции фронтенда.
Отдельно - кнопки. "Перезапустить панель" и загрузка сертификатов
обращались к заглушкам, то есть гарантированно возвращали ошибку.
Кнопка, которая всегда падает, - не точка расширения на будущее, а
дефект UX. Удалены вместе со строками i18n.
Конфигурация Hysteria остаётся доступной панели на чтение и на
выгрузку: getHysteria2Config и exportHysteria2Config.
Сквозная миграция HY2XS на современную Hysteria (2.12.2) и переход на v1.
Build:
- версия Hysteria резолвится на этапе сборки из HyNetworks/hysteria и
замораживается в metadata пакета (version + immutable url + sha256);
- compatibility gate: реальный бинарник должен принять канонический конфиг
HY2XS для gecko и salamander до создания пакета;
- сборка прогоняет тесты оркестратора и админки.
Конфигурационный контракт:
- HY2XS_CONFIG_SCHEMA_VERSION=2, чужая схема отклоняется fail-fast;
- obfs стал настоящим union gecko|salamander, gecko — default;
- obfs-блок рендерится оркестратором целиком, два подтипа одновременно
структурно невозможны;
- современный baseline: congestion bbr/standard, disableLossCompensation=false,
disableStatelessReset=false, полный quic-блок.
Исправления:
- share URI для gecko: генератор был завязан на Obfs.Salamander.Password и
выдавал нерабочую ссылку при любой другой обфускации;
- SNI брался только из ACME-блока и уходил пустым при HY2XS_TLS_MODE=file;
- экспорт конфига выносил trafficStats.secret, access_token и obfs-пароль;
- экспорт терял неизвестные upstream-поля при round-trip через типизированную
модель;
- renderRuntimeEnv печатал тип обфускации литералом, расходясь с конфигом;
- namedotcom удалён из ACME-реестра (нет в Hysteria с 2.11.0).
Тесты:
- 95 тестов оркестратора: env, рендер, семантика профиля, резолвер, rollover;
- тесты URI и экспорта в Go;
- tools/test/e2e-hysteria.sh с реальным клиентом Hysteria.
UX:
- подсказки и примеры в форме создания пира.
Прочее: CHANGELOG.md, .gitattributes (LF для target-side файлов),
документация на русском.
founder