Files

T

founder 39139e95f7 docs: описать транзакционный guard и взаимное исключение операций

- docs/07: полный порядок staged apply, инвариант снятия guard, объяснение
  почему окно 45 секунд не обязано покрывать smoke и почему guard не трогает
  nftables.service, семантическая проверка эффективного firewall;
- docs/11: разделы A5e/A5f для новых unit-тестов и серверные сценарии D1e
  (guard доходит до дедлайна), D1f (конкурентные операции), D1g (успешная
  операция не оставляет следов транзакции); матрица и acceptance criteria
  дополнены;
- docs/12: разбор отказов "уже выполняется другая операция" и
  firewall_guard_fired;
- docs/13: строки журнала guard в таблице recovery, новый раздел 8a про замок
  операций;
- docs/14 и purge-v0.sh: очистка /run/hy2xs, замка операций и candidate-файлов
  firewall — /run это tmpfs, но очистка не имеет права требовать перезагрузки;
- README: защита от потери доступа при смене firewall и раздел "Одна операция
  за раз";
- CHANGELOG: шестой проход.

2026-08-31 01:31:15 +05:00

95 KiB

Raw Blame History

Testing and acceptance

Цель документа

Зафиксировать checklist для новой двухслойной схемы.

Как запускать тесты

# Юнит-тесты и типы оркестратора
cd orchestrator && bun install --frozen-lockfile && bun run check && bun test

# Тесты и статический анализ HY2XS admin
cd apps && go vet ./... && go test ./...

# Проверка типов и сборка frontend
cd apps/frontend && pnpm install --frozen-lockfile && pnpm run verify

# Сверка среды разработки с versions.env (ничего не меняет)
./tools/dev/doctor.sh

# Полный E2E с реальным клиентом Hysteria (Debian 13 amd64; нужен Go)
HYSTERIA_BIN=/usr/local/bin/hysteria ./tools/test/e2e-hysteria.sh

# Production-сборка: прогоняет тесты, резолвер и compatibility gate
./tools/build/build.sh

build.sh останавливается, если падают тесты оркестратора, тесты админки или compatibility gate.

A. Builder layer tests

Проверяем

builder запускается на Debian 13 amd64 build host
итоговый пакет собирается без target-side шагов
bundled HY2XS admin реально входит в пакет
package metadata / build id присутствуют
compiled Bun/TypeScript orchestrator artifact присутствует
в пакет не попадает build-мусор
builder сам доставляет отсутствующие build-зависимости
builder проверяет версии Go/Bun/Node.js/pnpm
builder пишет версии toolchain в metadata
builder прогоняет bun test и go test до упаковки

A1. Latest-stable resolver

Фикстуры и ожидаемое поведение (orchestrator/test/hysteria-release.test.ts):

Сценарий	Ожидание
stable `app/v2.12.2`	выбирается
prerelease `app/v2.13.0`	игнорируется
draft `app/v2.14.0`	игнорируется
чужое семейство тегов (`core/`, `docs/`)	игнорируется
тег без префикса `app/`	игнорируется
`app/v2.9.10` против `app/v2.9.2`	выбирается `2.9.10` (числовое сравнение, не строковое)
отсутствует `hysteria-linux-amd64`	ошибка
дублирующийся `hysteria-linux-amd64`	ошибка, а не случайный выбор
non-https URL артефакта	ошибка
невалидный semver в теге	игнорируется
пустой список релизов	понятная ошибка
несовпадение SHA-256	сборка падает
сетевая ошибка / rate limit	понятная ошибка с подсказкой про `GITHUB_TOKEN` и `HYSTERIA_CHANNEL=pinned`

Отдельно проверяется, что latest stable — это именно stable, а не максимальная строка или самый свежий тег.

A2. Release rollover

Ключевой acceptance-критерий модели «latest на сборке»:

Сегодня:  latest = 2.12.2  →  пакет A закрепляет 2.12.2
Завтра:   latest = 2.12.3  →  пакет B закрепляет 2.12.3

Повторная установка пакета A всё равно ставит 2.12.2

Проверяется на двух уровнях:

резолвер даёт разный результат на разных снимках upstream (orchestrator/test/release-rollover.test.ts);
install-time код не импортирует резолвер, не обращается к api.github.com и не использует moving latest — это утверждение проверяется тестом и acceptance-шагом сборки.

A3. Compatibility gate

скачанный артефакт проходит проверку SHA-256;
hysteria version совпадает с разрешённой версией;
реальный бинарник принимает канонический конфиг HY2XS для Gecko;
то же для Salamander;
при несовместимости падает сборка с сообщением BUILD FAILED: unsupported Hysteria stable vX.Y.Z, а не установка у пользователя.

A4. Конфигурационный контракт (unit)

Таблица orchestrator/test/env.test.ts:

Вход	Ожидание
значение не задано	`gecko`
`gecko`	принято
`salamander`	принято
неизвестный тип	отклонено
`Gecko` (регистр)	отклонено
gecko `max < min`	отклонено
gecko `max > 2048`	отклонено
gecko `max == 2048`	принято
неположительный/нецелый `min`	отклонено
пустой obfs-пароль	автогенерация, а не пустое значение в конфиге
`HY2XS_CONFIG_SCHEMA_VERSION=1`	отклонено с указанием на чистую установку
`HY2XS_CONFIG_SCHEMA_VERSION` отсутствует	отклонено как legacy-конфигурация
`HY2XS_CONFIG_SCHEMA_VERSION=` (пусто)	отклонено как legacy-конфигурация
`HY2XS_CONFIG_SCHEMA_VERSION=2`	принято

Отсутствие маркера схемы отклоняется намеренно: до v1 этого поля не существовало, поэтому именно пустое значение — самый вероятный признак конфигурации 0.x. Любой fallback здесь молча превращал бы legacy-конфиг в якобы валидный.

Отдельно — round-trip parse(render(config)) == config. Этот тест ловит класс ошибок «в рендер runtime-конфига попал литерал вместо значения из конфигурации».

Рендер конфига (orchestrator/test/render-config.test.ts):

Gecko рендерит только gecko-подблок;
Salamander рендерит только salamander-подблок;
в конфиге никогда нет двух подтипов obfs одновременно;
шаблон не содержит захардкоженного типа обфускации;
пароль с пробелами и спецсимволами экранируется;
YAML-инъекция через пароль отклоняется даже в обход env-валидации.

A5. Граница установки и поколение (unit)

orchestrator/test/clean-host.test.ts:

чистый хост проходит;
каждый маркер по отдельности останавливает установку;
список покрывает состояние, юниты, бинарник Hysteria и наследие 0.x;
пути из конфигурации (HY2XS_INSTALL_DIR, HY2XS_DATA_DIR, HY2XS_LOG_DIR) попадают в список, а не только значения по умолчанию;
всё, что удаляет purge-v0.sh, покрыто маркерами clean-host: два списка описывают одну границу и не имеют права разъезжаться;
bootstrap-пути (/usr/local/lib/hy2xs, /usr/local/lib/hy2xs/package, /usr/local/bin/hy2xs-orchestrator) остаются маркерами без исключений: их создаёт оркестратор уже после проверки чистоты хоста, поэтому «мягкой» версии списка для PHASE 1 больше не существует;
эти пути берутся из config/profile.ts, а не из копий строк: шаг, который их создаёт, и контракт, который на них отказывает, обязаны читать одно значение;
сообщение перечисляет найденные маркеры и говорит, что хост не изменён.

orchestrator/test/install-boundary.test.ts:

под read-only guard недоступны writeText, writeTextAtomic, ensureDir и все runMutating*-раннеры;
read-only раннеры под guard'ом продолжают работать: разделение API — это не запрет наблюдения, а запрет мутации;
классификация отказа зависит от ownership-флагов и фазы, а не от текста ошибки;
fatal_pre_apply недостижим ни при одном взведённом флаге, включая stateTouched: записанный install-state.json уже делает хост изменённым;
частично выполненная запись маркера (отказ на chown после успешного write) тоже даёт post-apply: флаг взводится до записи, а не после неё;
начатая (не обязательно завершённая) установка пакетов уже даёт fatal_post_apply — регрессия на сценарий «PHASE 0 прошла, apt-get упал, установщик заявил, что ничего не тронул»;
начатый bootstrap (bootstrapTouched) тоже даёт fatal_post_apply: раскладку выполняет оркестратор, и она учитывается наравне с остальными шагами.

orchestrator/test/install-sequence.test.ts — порядок фаз, который иначе проверяется только на живом сервере:

preflight() в режиме install отказывается работать без явного checkCleanHost, и отказ наступает до любой работы с системой;
clean-host запрашивается ровно один раз за операцию и до первой записи install-state — регрессия на сценарий, где повторный preflight после installDeps опознавал собственный install-state.json как маркер чужой установки и валил каждую чистую установку;
проход capabilities явно отказывается от clean-host;
bootstrapTouched взводится перед bootstrapRuntime, а сам bootstrap идёт до installDeps;
дальнейшая установка работает от установленного runtime-пакета;
diagnosticsCollect обёрнута в try/catch, и catch стоит до отката: диагностика — best effort, откат — обязателен;
в package/install.sh не осталось ни одной мутирующей команды, и он передаёт управление оркестратору через exec;
классификация отказа reconfigure/repair идёт по ownership-флагам, а не по регулярному выражению над текстом ошибки.

orchestrator/test/install-state.test.ts:

маркер текущего поколения принимается;
маркер без полей поколения отклоняется, несмотря на installed: true;
чужой product, release_line или config_schema_version отклоняются;
записываемый маркер всегда несёт идентификацию поколения;
незавершённая установка подсказывает repair --allow-partial-state.

A5a. Обязательный откат (unit)

orchestrator/test/rollback-mandatory.test.ts — поведение механизма проверяется настоящим внедрением отказа в стадию, проводка команд к нему — разбором исходника (поднять systemd и nftables в этой среде нельзя):

при отказе первой стадии отката выполняются все последующие;
отказавшие стадии перечисляются по именам и в порядке объявления;
откат не бросает даже при отказе всех стадий: наружу обязана уйти исходная ошибка операции, а не проблема внутри восстановления;
не-Error причина (брошенная строка) не роняет откат;
persistFailureState не пробрасывает отказ записи наружу — это и был P0: падение записи маркера отменяло откат целиком;
в обработчике ошибки install и reconfigure не осталось незащищённой записи состояния (advanceInstallState / markPhase голым await);
откат в обеих командах идёт через runRollbackStages, а не цепочкой await;
внутри rollbackCurrentState ни одна команда не обрывает следующие: отказ systemctl daemon-reload отменял перезапуск сервисов строкой ниже, то есть восстановленные unit-файлы так и не применялись.

A5c. Целостность резервных копий (unit)

orchestrator/test/backup-integrity.test.ts:

копия каждой операции адресуется своим каталогом, разные op-id не пересекаются;
разные пути дают разные имена файлов копии, и имя не выходит за пределы каталога;
отсутствовавший файл записан явно (present: false), а не выведен из неудачи cp;
манифест переживает сериализацию без потерь;
разбор строгий: манифест чужой операции, неизвестная версия, битый JSON, запись без пути, без признака существования или без имени копии — отклоняются. «Поле не разобралось, будем считать, что файла не было» означало бы удаление существующего файла при откате;
копирование в reconfigure и в firewall не глушит ошибки, факт создания копии проверяется, а копия снимается до первой мутации;
маркер готовности firewall (prepared) ставится после проверенных копий;
восстановление firewall не глушит ошибки cp/nft, а резервные копии удаляются только после подтверждённого успеха — иначе сохраняются вместе с сообщением manual recovery data preserved at ….

A5d. Порядок фиксации успеха (unit)

orchestrator/test/commit-ordering.test.ts:

снятие таймера автоотката и удаление резервных копий — разные операции (disarmFirewallRollback / cleanupFirewallRollback), объединённая cancelFirewallRollback не вернулась ни в один вызов;
disarm не удаляет копии;
порядок в install и reconfigure одинаков: disarm → долговечная запись installed → cleanup;
успешный smoke фиксируется отдельной фазой до снятия таймера;
уборка после точки фиксации выполняется best-effort.

A5e. Транзакционность rollback guard (unit)

orchestrator/test/firewall-guard.test.ts:

маркер auto-rollback-fired создаётся rollback-скриптом первым действием — до проверки prepared и до первой попытки восстановления, в том числе когда восстанавливать нечего. Без этого «guard сработал» недоказуемо: транзиентные юниты systemd после выполнения исчезают, и systemctl stop для них неотличим от успешного снятия взведённого таймера;
скрипт не маскирует ошибки (|| true, 2>/dev/null), не использует set -e и возвращает накопленный rc: каждый сообщённый отказ поднимает код возврата, поэтому частичное восстановление уходит в failed, а не в молчаливый 0;
скрипт не трогает nftables.service: у него ExecStop=nft flush ruleset, и остановка сервиса стёрла бы только что восстановленные правила;
скрипт разбирается настоящим shell-парсером. Парсер принимается только после двусторонней проверки — он обязан принять заведомо корректный скрипт и отвергнуть заведомо сломанный, иначе тест ничего не проверяет;
небезопасный ключ операции отвергается: он служит именем каталога, именем systemd-юнита и подставляется в текст скрипта;
снятие guard проверяет маркер с обеих сторон остановки, подтверждается ActiveState обоих юнитов, и на пути фиксации успеха допускает единственное состояние — inactive; на пути восстановления failed тоже допустим;
сработавший guard опознаётся по типу ошибки: ошибка с тем же текстом, но другого типа классифицируется по владению, как и прежде;
эффективный firewall сверяется семантически (фрагмент, entrypoint, загруженная таблица), и проверка выполняется read-only раннерами — та же проверка идёт в doctor;
состояние nftables.service снимается до первой мутации и восстанавливается стадиями, идущими до применения ruleset;
candidate-файлы убираются после успеха и best-effort при откате;
ключ операции считается одной функцией: install писал в маркер сырой ISO-timestamp, и путь /run/hy2xs/rollback/<op_id> из runbook не существовал.

A5f. Взаимное исключение операций (unit)

orchestrator/test/operation-lock.test.ts:

второй захват при живом держателе отказывает, и отказ называет держателя — команду, PID и время начала;
замок снимается в finally и после отказа операции: иначе первая же неудачная установка заблокировала бы сервер до перезагрузки;
замок мёртвого держателя переиспользуется, временный файл переиспользования не остаётся на диске;
непонятое содержимое замка не снимается автоматически: оно не доказывает отсутствие операции, и сомнение трактуется в пользу отказа;
readLockHolder отличает «замка нет» от «замок нечитаем»;
захват под read-only guard отказывает, наблюдение — разрешено. Замок берётся до включения guard, и проверка существует, чтобы перенос захвата внутрь читающей фазы отказал громко, а не записал файл молча;
политика CLI закреплена структурно: install/reconfigure/repair/doctor вызываются только под замком, status/diagnostics его не берут, но сообщают об идущей операции, а preflight-install отказывает до собственных проверок.

A5b. Долговечная запись маркера (unit)

orchestrator/test/atomic-write.test.ts:

содержимое заменяется целиком, а не дописывается поверх прежнего;
при отказе записи по целевому пути остаётся прежний полный документ;
временный файл не выживает ни при успехе, ни при отказе подстановки;
права выставляются точно, независимо от umask (0600, 0644);
ensureDir приводит права существующего каталога к объявленным: mkdir этого не делает, поэтому «создать» и «права такие, как объявлено» — два разных действия;
и запись, и создание каталога проходят через read-only guard;
persistInstallState под guard'ом отказывает: единственный писатель маркера обязан идти через guarded-примитивы, иначе PHASE 0 смогла бы создать /var/lib/hy2xs, и «read-only» перестало бы быть правдой ровно для того файла, по которому clean-host принимает решение.
ensureDir сообщает, был ли каталог фактически создан: родитель синхронизируется только при создании, иначе долговечность записи hy2xs в /var/lib осталась бы необеспеченной, и после потери питания мог исчезнуть весь каталог вместе с маркером.

Наличие самих fsync проверяется приёмкой сборки по исходнику: из пользовательского процесса их не наблюдать, а без них rename() даёт атомарность видимости без долговечности.

A6. Редактирование секретов (unit)

orchestrator/test/redaction.test.ts:

machine token не переживает редакцию серверного конфига — регрессия на построчное правило auth:, оставлявшее нетронутым auth.http.url;
obfs-пароль не переживает редакцию;
результат остаётся валидным YAML;
несекретные поля сохраняются: диагностика должна оставаться полезной;
неизвестное поле с секретоподобным именем вырезается;
acme.dns.config вырезается целиком;
невалидный YAML не роняет редакцию и всё равно чистится;
секрет внутри URL-значения в env вырезается, даже если имя ключа несекретное (HY2_AUTH_URL);
URL под произвольным именем ключа теряет встроенные учётные данные и секретные query-параметры, но сохраняет адрес; то же для URL внутри списка;
redactLogText вырезает machine token из строки journald, сохраняя host, port и path; ловит секрет и вне URL; не трогает обычные строки; сохраняет хвостовую пунктуацию; идемпотентен — регрессия на diagnostics-бандл, где редактировались env и YAML, а journal-admin.log копировался как есть.

A7. Machine token в журналах (unit)

apps/middleware/log_test.go — запрос /internal/hysteria/auth?access_token=SUPER_SECRET_SENTINEL:

sentinel не появляется в журнале ни в каком виде;
в журнале есть reqPath, поля reqUri нет;
имя query-параметра сохраняется (reqQueryKeys), значение — нет;
пустой список параметров в журнал не пишется;
то же правило действует на операторских маршрутах, а не только на машинном.

apps/service/log_sanitize_test.go — тот же санитайз на стороне админки: журнал Hysteria покидает сервер через ExportLog, а HY2_AUTH_URL несёт access_token, который upstream волен упомянуть в сообщении об ошибке.

A8. Инвариант публичного endpoint (unit)

orchestrator/test/network-endpoint.test.ts — проба подменяет и DNS, и список локальных адресов, поэтому тест не зависит ни от сети, ни от интерфейсов машины разработчика.

Сценарий	Результат
A-запись == текущий публичный IPv4	PASS
A-запись == старый IPv4	FAIL, в тексте оба адреса
A-запись отсутствует	FAIL
A == текущий + чужой	FAIL
у сервера 2 публичных IP, DNS использует один	PASS
`PUBLIC_HOST` — правильный IPv4-литерал	PASS
`PUBLIC_HOST` — устаревший IPv4-литерал	FAIL
`DOMAIN` совпадает, отдельный `PUBLIC_HOST` устарел	FAIL
`PUBLIC_HOST` совпадает, отдельный TLS-домен устарел	FAIL
нет ни одного локального публичного IPv4	FAIL
`HY2XS_PUBLIC_ENDPOINT_POLICY` = strict / warn / off	fail / warn / skip
отсутствие A-записи при любой политике	FAIL
отказ резолвера (SERVFAIL/таймаут/отказ) при любой политике	FAIL, отдельный текст

Отдельно проверяется классификация IPv4. Список исключений приведён к IANA Special-Purpose Address Registry: приватные, CGNAT, link-local, multicast, reserved, benchmarking (198.18/15), 6to4-anycast и документационные диапазоны (192.0.2/24, 198.51.100/24, 203.0.113/24) не считаются публичным адресом сервера. Регрессия: 203.0.113.5 из RFC-примеров раньше проходил проверку как обычный публичный адрес. Границы проверяются с обеих сторон — 172.32.0.0, 192.0.1.1, 198.20.0.1 и 203.0.112.255 считаются публичными.

Отказ резолвера отделён от отсутствия записи: ENODATA/ENOTFOUND/NXDOMAIN — это «нет A-записи» и чинится в DNS-панели, всё остальное — «резолвер не ответил» и чинится в /etc/resolv.conf. Раньше оба случая печатались как «has no A-record», и при сломанном резолвере оператор шёл править запись, которая была на месте. Фатальны оба: без ответа резолвера проверка не выполнена, а не «выполнена с замечанием».

A9. Регистрация маршрутов (unit)

apps/router/router_test.go — единственное место, где ошибка проявляется паникой при старте сервиса, а не ответом с кодом. Конфликт с wildcard-маршрутом фронтенда или дублирующая регистрация обнаружились бы иначе только на живом сервере.

контур маршрутов собирается без паники;
machine-auth зарегистрирован ровно на constant.HysteriaMachineAuthPath;
операторский и auth API — под constant.AdminAPIBase;
ни один маршрут не начинается со старого пространства имён;
удалённые маршруты (включая exportConfig/importConfig и getConfig) не вернулись;
пространство /api/config закрыто: в нём ровно четыре маршрута, и любой новый обязан быть добавлен в тест осознанно;
/healthz на месте.

A9a. Доступ к таблице `config` (unit)

apps/model/constant/config_test.go — allowlist как структура, а не как соглашение:

ни один внутренний ключ не читается и не записывается через API;
JWT_SECRET, PEER_SECRET_KEY, PEER_SECRET_ENCRYPTION_KEY и HYSTERIA2_TRAFFIC_STATS_SECRET поимённо объявлены внутренними;
пользовательские настройки остаются доступными;
множество записываемых ключей — подмножество читаемых;
неизвестный ключ закрыт по умолчанию: забытый при denylist ключ был бы сразу публичным.

apps/controller/config_test.go — то же на уровне HTTP:

чтение и запись каждого секрета отклоняются;
секрет, спрятанный среди разрешённых ключей, отклоняет весь запрос;
отказ наступает до обращения к базе (тест работает без SQLite — сам факт, что обработчик не падает, это и доказывает);
ключи оркестратора отклоняются с указанием владельца, а не общим «нет такого ключа»: оператор должен быть отправлен к hy2xs-orchestrator reconfigure;
удалённые ключи (HYSTERIA2_ENABLE, HYSTERIA2_CONFIG, HYSTERIA2_TRAFFIC_TIME, HYSTERIA2_CONFIG_REMARK) отклоняются как неизвестные — проверка идёт по строковым литералам, потому что соответствующих констант в коде уже нет и появиться они не должны.

Атомарность партии проверяется на настоящей SQLite: без базы утверждение «партия не применилась частично» бессмысленно, поскольку предметом утверждения является именно состояние базы.

разрешённый ключ первым, запрещённый вторым → запрос отклонён, значение первого ключа в базе не изменилось;
невалидное cron-выражение → отказ, значение в базе не изменилось;
один ключ дважды в партии → отказ (какое из двух значений считать намерением оператора, определить нельзя);
корректная партия → значение сохранено, расписание применено к планировщику, число его записей не выросло.

Порядок в первом тесте принципиален. Предыдущая версия ставила запрещённый ключ первым и до второго элемента не доходила, поэтому проходила и на реализации, которая проверяла и записывала настройки в одном цикле.

A9b. Планировщик (unit)

apps/service/cron_scheduler_test.go — планировщик как собственность процесса:

четыре последовательные смены расписания не увеличивают число записей планировщика (главная регрессия: раньше каждая смена добавляла целый дублирующий набор джоб, а старое расписание продолжало работать);
пустое выражение снимает джобу сброса, непустое возвращает её — без перезапуска процесса;
невалидное выражение не меняет планировщик и не снимает действующую джобу;
набор валидных и невалидных выражений проверяется тем же парсером, что и runtime: то, что cron умеет, обязано приниматься, остальное — отклоняться;
невалидное значение в базе не роняет старт: на панели висит /internal/hysteria/auth, и отказ старта из-за строки расписания положил бы подключения пользователей. Фиксированные джобы поднимаются, сброс отключён, в журнале ERROR, и настройка чинится через API без перезапуска;
второй InitCron поверх работающего отклоняется;
StopCron идемпотентен и оставляет планировщик пустым.

A9c. Токены и пароли (unit)

apps/service/jwt_test.go:

round-trip: claims, включая token_version, переживают выписку и разбор;
токен, подписанный другим HMAC-алгоритмом тем же ключом, отклоняется (прежний keyfunc не смотрел на token.Method вовсе);
токен без exp отклоняется, истёкший отклоняется отдельным сообщением;
токен с чужим issuer отклоняется даже при совпадении ключа;
пустой JWT_SECRET — отказ и на выписку, и на разбор, а не подпись ключом нулевой длины.

apps/util/encrypt_test.go:

HashPassword выдаёт bcrypt и солит: два хеша одного пароля различаются;
вход по несолёному SHA-224 (формат предыдущего поколения) невозможен;
любая не-bcrypt строка в поле хеша отклоняется.

apps/util/rand_test.go — отсутствие modulo bias: на выборке 200 000 символов частоты первых восьми символов алфавита не отличаются от остальных более чем на 5%. Прежняя реализация давала здесь отношение 1.25.

A9d. Пир установщика (unit)

apps/service/peer_bootstrap_guard_test.go — защита действует во всех путях записи, а не только в импорте:

смена секрета и переименование bootstrap-admin-peer отклоняются, состояние в базе не меняется;
переименование обычного пира в зарезервированное имя отклоняется;
создание пира с зарезервированным именем отклоняется;
отключение и изменение квоты разрешены;
удаление разрешено: это осознанное действие оператора, и расхождения между базой и bootstrap-admin.secret оно не создаёт.

A9e. Жизненный цикл пира установщика (unit, настоящая SQLite)

apps/dao/bootstrap_peer_test.go — проверяется не функция, а поведение сервиса при перезапуске: дефект, ради которого написан этот файл, проявлялся только на ВТОРОМ запуске, поэтому каждый тест прогоняет полную последовательность InitSqlAt дважды на одной базе.

первый запуск создаёт пира и выставляет отметку BOOTSTRAP_PEER_SEEDED;
обычный перезапуск не пересоздаёт пира и не плодит дублей (id тот же, запись ровно одна);
удаление переживает перезапуск: после DELETE и рестарта пир не возвращается, хотя HY2XS_ADMIN_CON_PASS остаётся в окружении;
то же после трёх перезапусков подряд;
отключённый пир сохраняет disabled = 1 и свой secret_digest;
отметка и пир пишутся одной транзакцией: при конфликте UNIQUE(name) внутри транзакции отметка не остаётся выставленной;
отсутствие HY2XS_ADMIN_CON_PASS на чистой базе — отказ старта;
перезапуск установленного сервиса без этой переменной проходит штатно;
HYSTERIA2_TRAFFIC_STATS_SECRET: пустой env при пустой базе — отказ старта, сгенерированного токена в базе не появляется; токен, уже согласованный ранее, принимается без переменной.

A9f. Резервная копия пиров (unit)

apps/service/peer_export_backup_test.go:

includeSecrets=true на исправных данных отдаёт секрет каждого пира;
нерасшифровываемый секрет хотя бы одного пира отклоняет весь запрос, сообщение называет пира, частичное содержимое не возвращается;
пир вовсе без шифртекста — тот же отказ;
includeSecrets=false повреждённых данных не замечает и пустой secret отдаёт штатно: это и есть смысл безопасного режима.

A9g. Слой данных: «нет записи» против «база не ответила» (unit)

apps/dao/config_test.go:

UpdateConfig по отсутствующей строке — отказ, а не тихий успех: UPDATE без совпавших строк не является ошибкой SQL, и раньше оператор получал подтверждение изменения, которого не произошло, а планировщик тут же получал новое расписание;
UpdateConfig не создаёт строк: это работа UpsertConfigValue;
транзакционная партия откатывается целиком, если одна из строк отсутствует;
GetConfig/GetPeer возвращают ErrConfigNotFound/ErrPeerNotFound, отличимые через errors.Is от ErrStorage.

apps/cmd/reset_test.go — единственный оставшийся потребитель, который склеивал эти два ответа:

на пустой базе reset-admin создаёт учётную запись, bcrypt-хеш подходит к напечатанному паролю, force_password_change выставлен;
поверх существующей записи обновление идёт на месте: тот же id, новый пароль, увеличенный token_version, прежний пароль больше не действует;
при отказе чтения (ErrStorage) сброс останавливается: вторая учётная запись не создаётся, существующая не меняется, напечатанный пароль не действует. База в этом тесте полностью работоспособна — воспроизводится ровно транзиентный отказ («database is locked»), при котором прежний код уходил в ветку создания и оставлял на сервере вторую рабочую учётку с уже напечатанным паролем;
при ErrAdminUserNotFound создание по-прежнему выполняется: строгость к отказу хранилища не имеет права сломать штатный путь восстановления;
непригодный для bcrypt пароль останавливает сброс, а не пишет пустую строку в password_hash — раньше ошибка хеширования проглатывалась (hash, _ := util.HashPassword(...)), и команда восстановления доступа молча его отбирала: VerifyPassword отклоняет всё, что не bcrypt;
sentinel'ы разных таблиц несут одинаковый текст (WrongPassword уезжает в ответ Hysteria и менять его нельзя), поэтому проверяется именно различимость через errors.Is, а не по строке.

A10. Импорт пиров (unit)

apps/service/peer_import_test.go:

выгрузка, сделанная ExportPeer, принимается без правок;
имя проверяется теми же правилами, что и при обычном создании пира: длина, набор символов, отсутствие пробелов и переводов строки;
bootstrap-admin-peer не может быть импортирован ни по имени, ни по authId: его секрет продублирован в /etc/hy2xs/bootstrap-admin.secret;
диапазоны quotaBytes, expiresAt, maxDevices, disabled, bannedUntil, счётчиков трафика и длины секрета проверяются;
sentinel-значения (quotaBytes = -1, maxDevices = 0) остаются валидными;
дубликаты имени и authId внутри одной партии отклоняются;
партия сверх лимита отклоняется;
невалидная последняя запись отклоняет весь файл: импорт применяется целиком или не применяется вовсе.

apps/service/peer_import_tx_test.go — та же гарантия уже на уровне базы, на настоящей SQLite. Валидация не даёт применить испорченный файл, но она ничего не говорит о конфликте с тем, что УЖЕ лежит в базе:

валидная партия применяется целиком;
cross-conflict откатывается полностью: пусть в базе есть A(auth_id=aaa, name=alice1) и B(auth_id=bbb, name=bob123), а файл несёт (auth_id=aaa, name=bob123) — поиск найдёт A по auth_id и попытается переименовать её в bob123, прямо в UNIQUE(name). Записи, шедшие в файле до конфликтной, не должны остаться применёнными. Тест дополнительно убеждается, что отказ пришёл из базы, а не из валидации;
дубликат auth_id на вставке ведёт себя так же;
отказ валидации не доходит до базы вовсе;
пир установщика защищён и внутри транзакции;
обновление без секрета в файле не перезаписывает существующий секрет.

apps/controller/peer_test.go — разбор загруженного файла:

файл с хвостовым JSON-документом отклоняется: json.Decoder читает первый документ и останавливается, поэтому раньше оператор видел «импорт выполнен», а вторая половина файла молча не применялась;
неизвестные поля и файл не с расширением .json отклоняются;
корректный одиночный документ доходит до базы и создаёт пира.

A7. Контракт версий (build)

Шаг verify_versions_contract (tools/build/lib/versions.sh) роняет сборку до создания tarball при рассинхроне versions.env с PACKAGE_VERSION, packageManager обоих package.json, схемой в package/config/hy2xs.env, константами, скомпилированными в оркестратор, директивой go в apps/go.mod, metadata пакета и версией, которую сообщает собранный hy2xs-admin.

Разбор upstream hashes.txt покрыт orchestrator/test/hysteria-release.test.ts: реальный формат релиза, отсутствие путаницы hysteria-linux-amd64 с hysteria-linux-amd64-avx, форма sha256:<hex>, верхний регистр, противоречивые записи, отсутствие нужной строки.

A11. Проверка зависимостей на уязвимости (build)

tools/build/lib/security.sh — обязательный шаг между тестами админки и записью metadata. Подробности в docs/02; здесь важно поведение при отказе:

Код `govulncheck`	Трактовка
`0`	чисто
`3`	найдены вызываемые уязвимости → сборка падает
иное	отказ самого инструмента → сборка падает отдельным сообщением

Последняя строка существенна: ненулевой код неизвестной природы нельзя трактовать как «уязвимостей нет». По той же причине недоступность реестра npm для pnpm audit — это отказ проверки, а не её отрицательный результат.

pnpm audit проверяет весь lock-граф frontend, а не production-подграф: build tooling исполняется на build-машине и порождает production-бандл, поэтому уязвимость в нём уезжает в артефакт. Приёмка сборки следит, чтобы --prod не вернулся в гейт.

A11a. Обязательные тесты (build)

Гейт тестов устроен так же, как гейт зависимостей: аварийного выхода нет, результат виден по готовому артефакту.

Шаг сборки	Что запускается
`run_orchestrator_tests`	`bun x tsc --noEmit`, `bun test`
`bundle_ui`	`pnpm run typecheck` до сборки bundle
`run_admin_tests`	`go vet ./...`, `go test ./...`

Приёмка проверяет:

отключающей тесты переменной нет ни в одном модуле сборки, ни в README/docs (место для истории — CHANGELOG.md);
metadata/package.env содержит tests_gate=true;
утверждение о прогоне выставляется после самого прогона, а не до него;
write_metadata отказывается писать метаданные, если хотя бы один из двух прогонов не подтверждён.

A12. Приёмка проверяет код, а не упоминания

Два контракта приёмки на снимке до этого патча гарантированно роняли сборку на корректном коде, и оба — по одной причине: они искали подстроку там, где подстрока обязана присутствовать.

Проверка	Что ловила на самом деле
`verify_api_namespace_contract`	`grep -rlF '/hui'` возвращал `apps/router/router_test.go` (регрессионный тест, который ПЕРЕЧИСЛЯЕТ legacy-префикс, чтобы доказать его отсутствие) и сам `versions.sh`, где эта строка стоит в тексте проверки
«peer import не выходит за транзакцию»	`source.slice(start)` брал файл от начала `applyPeerImportEntry` и до конца, захватывая `ExistPeerName` и `UpdatePeerLastConnectionAt` — обычные операции вне импорта, которым глобальное соединение положено

Первая падала на шаге versions contract — шестым из четырнадцати, до резолва Hysteria. Вторая не была замечена только потому, что сборка до неё не доходила.

Отсюда правило и помощники code_without_comments / code_mentions_in в acceptance.sh: проверка смотрит на код, а комментарий, объясняющий, почему чего-то больше нет, обязан называть это по имени и не должен ломать сборку. Отсутствие legacy-маршрута доказывает не grep по исходникам, а TestRouterHasNoLegacyNamespace на таблице маршрутов собранного роутера — и существование этого теста само проверяется контрактом.

B. Target install tests

На чистом Debian 13 проверяем

пакет запускается без ручной сборки на сервере
Hysteria2 скачивается с official upstream
bundled HY2XS admin раскладывается локально из пакета
создаются нужные каталоги
создаются systemd unit-файлы
создаются hy2xs.env и post-install.env с правами 0600 root:root
baseline firewall применяется корректно через staged mode
SSH остаётся доступным
reconfigure --dry-run выводит план изменений
reconfigure --apply применяет изменения и проходит smoke

C. Runtime tests

hysteria-server active
hy2xs-admin active
Hysteria слушает только IPv4 (0.0.0.0:<udp_port>)
HY2XS admin слушает ожидаемый HY2XS_UI_BIND_HOST:<ui_port>
тестовый совместимый клиент подключается
идёт реальный трафик
лимит 50/50 Mbps соблюдается при согласованной клиентской конфигурации
reboot не ломает baseline
Hysteria2 управляется systemd unit, а не внутренним updater'ом admin panel
нет IPv6 listen ([::]) для Hysteria/HY2XS admin
trafficStats.secret не равен JWT_SECRET
bootstrap admin secret существует и имеет 0600
trafficStats API: корректный secret принимает запрос, неверный secret отклоняется
TLS mode в config.yaml соответствует runtime env (acme|file|self_signed_dev)
при HY2XS_TLS_MODE=acme в config.yaml выставлен acme.type из HY2XS_ACME_TYPE
direct hysteria2:// node URL в API/QR формируется по HY2XS_PUBLIC_HOST + HY2XS_PUBLIC_PORT; subscription delivery endpoint отключён в baseline и не входит в acceptance
nft -c -f /etc/nftables.conf проходит после apply
пароль admin и con_pass не перезаписываются при рестарте hy2xs-admin
остановка/рестарт UI не останавливает hysteria-server
traffic accounting/kick ориентируются на systemd status; ключа HYSTERIA2_ENABLE в базе больше нет
/etc/hysteria/config.yaml имеет 0640 hysteria:hy2xs-admin
hy2xs-admin может читать /etc/hysteria/config.yaml, но не может писать
смена расписания сброса трафика применяется без перезапуска hy2xs-admin, и число джоб планировщика не растёт
невалидное cron-выражение отклоняется API, а значение в базе не меняется
systemctl restart hy2xs-admin завершает сервис штатно: планировщик остановлен до закрытия SQLite, в журнале нет database is closed
govulncheck ./... на графе релиза не находит вызываемых уязвимостей

C1. Семантический smoke конфига

Недостаточно grep по YAML: он не отличит нужное поле от такой же строки в другой секции и не заметит оставшийся рядом лишний подблок.

Smoke разбирает /etc/hysteria/config.yaml и сверяет с production-профилем:

effective Hysteria version == версия из metadata пакета

obfs:
  type == HY2XS_HYSTERIA_OBFS_TYPE
  ровно один подблок, соответствующий type
  password непустой
  для gecko: minPacketSize == 512, maxPacketSize == 1200

bandwidth:
  up/down == runtime env
  disableLossCompensation == false

congestion:
  type == bbr
  bbrProfile == standard

quic:
  disableStatelessReset == false
  окна, maxIncomingStreams, disablePathMTUDiscovery == baseline
  maxIdleTimeout == 30s

trafficStats:
  listen == runtime env
  secret непустой

auth:
  type == http
  url == http://127.0.0.1:<UI_PORT>/internal/hysteria/auth?access_token=<machine token>
  insecure == (tlsMode == self_signed_dev)

TLS:
  acme-режим не содержит секции tls
  acme: type/email/ca/dir/listenHost/первый домен == профиль
  file-режим не содержит секции acme

верхний уровень:
  нет секций вне production-профиля

maxIdleTimeout присутствовал в профиле, но не проверялся: конфиг с уехавшим idle timeout проходил семантическую проверку. Точно так же auth.http.url раньше сверялся только на наличие подстроки access_token=, из-за чего уехавший порт или путь остались бы незамеченными — а это единственный канал допуска пиров.

Сообщение об ошибке для auth.http.url намеренно не печатает сам токен: текст уходит в логи и в diagnostics-бандл. Это закреплено отдельным тестом.

C2. End-to-end с реальным клиентом

tools/test/e2e-hysteria.sh, отдельно для Gecko и Salamander:

сервер принимает сгенерированный конфиг и стартует;
TLS handshake;
handshake с обфускацией;
HTTP auth HY2XS: разрешённый пир принят;
HTTP auth HY2XS: неразрешённый пир отклонён;
клиент подключается именно по ссылке, которую выдаёт production-код;
TCP forwarding;
UDP forwarding;
trafficStats с валидным secret;
trafficStats с невалидным secret отклоняется;
per-peer accounting содержит аутентифицированного пира;
перезапуск сервера;
быстрое переподключение клиента (поведение stateless reset).

Пункт 6 — тот самый, который ловит класс ошибок, неизбежный при наивном включении Gecko: сервер работает, ссылка формально валидна, а клиент по ней не подключается.

Одна реализация URI, а не две

Ссылка берётся из production-генератора через apps/tools/share-uri, который вызывает ту же service.BuildHysteria2ShareURI, что и панель.

Раньше внутри e2e жила вторая реализация URI на bash. Go-юнит-тесты проверяли production-генератор, e2e проверял свою функцию — и дрейф любой из них оставлял обе группы тестов зелёными.

Единственное расхождение с пользовательской ссылкой — insecure=1: e2e работает на самоподписанном сертификате. Это расхождение ограничено с двух сторон:

e2e отдельно печатает и проверяет production-вариант ссылки (insecure=0, корректные obfs и sni);
Go-тест TestBuildHysteria2ShareURI_InsecureDiffersOnlyInThatParam доказывает, что кроме этого параметра ссылки совпадают побайтово;
Go-тест TestBuildHysteria2Url_ProductionPathNeverDisablesVerification фиксирует, что production-путь никогда не передаёт insecure=1.

Для запуска e2e нужен Go (GO_BIN).

apps/service/hysteria2_api_test.go:

Gecko URI содержит obfs=gecko и obfs-password;
Salamander URI содержит obfs=salamander и obfs-password;
конфиг без обфускации даёт ссылку без obfs;
неизвестный тип обфускации в ссылку не попадает;
обфускация без пароля в ссылку не попадает;
SNI: ACME-домен → HY2XS_DOMAIN → HY2XS_PUBLIC_HOST, IP не используется;
спецсимволы в credentials и obfs-пароле переживают round-trip: +, пробел, #, @, /, ?, &, =, %, кириллица;
литеральный + кодируется как %2B и не схлопывается с пробелом (регрессия на upstream-баг 2.9.3).

C4. Экспорт конфига (unit)

apps/service/hysteria2_export_test.go:

неизвестные upstream-секции переживают экспорт целиком, включая вложенные карты и списки;
операционные поля остаются читаемыми;
вырезаются: obfs-пароль, trafficStats.secret, access_token, auth.userpass, учётные данные ACME DNS, пароли outbound;
вырезается неизвестное поле с секретным именем;
URL под произвольным именем ключа (endpoint:) теряет учётные данные и access_token, но сохраняет адрес; то же для URL внутри списка;
не-URL скаляры (50 mbps, 0.0.0.0:443, 10.0.0.1:1080, 30s, числа) проходят санитайзер без изменений;
пути к файлам (tls.key, ech.keyPath, clientCA) остаются видимыми.

Го- и TS-санитайзеры описывают один контракт и покрыты зеркальными тестами: граница определяется значением, а не именем ключа.

D0. Граница установки на живом сервере

Проверяется на хосте, где уже стоит предыдущая установка:

install.sh завершается отказом на PHASE 0;
/usr/local/lib/hy2xs не создан и не изменён;
/var/lib/hy2xs/install-state.json не перезаписан;
hysteria-server и hy2xs-admin остались active;
в тексте отказа перечислены найденные маркеры и указан docs/14-legacy-cleanup.md;
после tools/legacy/purge-v0.sh --apply --yes-i-know установка проходит.

Пункты 2–4 — прямая регрессия: прежний установщик успевал переписать /usr/local/lib/hy2xs и install-state.json, а затем откатом останавливал и выключал работающие службы старой установки.

D1. Отказ сразу после успешной PHASE 0 (fault injection)

Проверяется на чистом хосте. Это узкая щель между «PHASE 0 прошла» и «первая мутирующая операция упала» — место, где установщик раньше врал.

PHASE 0 проходит успешно;
installDeps ломается искусственно (например, недоступный apt-репозиторий или временно испорченный /etc/apt/sources.list.d/);
установка завершается отказом;
в выводе нет fatal_pre_apply и нет фразы про «ничего не применялось»;
/var/lib/hy2xs/install-state.json существует и честно показывает phase: failed с текстом ошибки;
owned_paths в маркере содержит /usr/local/lib/hy2xs, /usr/local/bin/hy2xs-orchestrator и /usr/local/lib/hy2xs/package — всё, что операция действительно создала;
diagnostics-бандл собран;
hy2xs-orchestrator status не заявляет установку успешной.

До исправления шаги 4–7 давали противоположный результат: install-state.json уже лежал на диске, но отказ классифицировался как pre-apply, обработка состояния пропускалась, а следующая установка на этой машине отказывалась по clean-host контракту из-за оставшегося маркера.

Пункт 6 закрывает вторую половину той же щели. Пока раскладку оркестратора и runtime-пакета выполнял install.sh, эти пути не принадлежали никому: они не попадали в owned_paths, а отказ второго preflight (сменился DNS, занялся порт, не ответил резолвер) объявлялся fatal_pre_apply — «на сервере ничего не изменено» — при уже созданном каталоге оркестратора.

D1b. Откат при невозможности записать состояние отказа (fault injection)

Проверяется на чистом хосте. Это доказательство того, что телеметрия состояния больше не стоит перед восстановлением.

Тайминг здесь — часть сценария, и его легко испортить.

tmpfs НЕЛЬЗЯ монтировать заранее: первая же запись маркера (preflight_ok) получит ENOSPC, установка отвалится до firewall, и проверяться будет совсем другой путь — обычный fatal_post_apply на ранней стадии.

Порядок строго такой:

запустить установку и дождаться в журнале step=firewall status=done;
только теперь, во втором терминале:

mount -t tmpfs -o size=16k tmpfs /var/lib/hy2xs
dd if=/dev/zero of=/var/lib/hy2xs/filler bs=1k count=64 2>/dev/null || true

вызвать искусственный отказ следующего шага установки.

Ловить это окно руками неудобно, поэтому тот же сценарий имеет смысл прогнать и через отказ на более длинном шаге (smoke), где времени заметно больше: дождаться step=smoke checks, смонтировать tmpfs и остановить один из сервисов, чтобы smoke не сошёлся.

Сценарий:

установка доходит дальше шага firewall (то есть firewallTouched взведён, правила применены);
следующий шаг ломается искусственно;
запись phase: failed в маркер падает по ENOSPC;
в журнале есть failed to persist failure state, continuing with the mandatory rollback;
откат всё равно выполняется: rollbackFirewallNow снимает применённые правила, /etc/nftables.conf возвращается к прежнему состоянию, а развёрнутые этой операцией юниты останавливаются и выключаются;
SSH остаётся доступным;
в журнале перечислены отказавшие стадии отката, если они были, и наружу ушла исходная ошибка операции, а не ENOSPC.

До исправления шаги 4–6 давали противоположный результат: бросок из записи состояния уносил управление наружу, и сервер оставался с применённым firewall неудавшейся установки.

Тот же сценарий повторяется для reconfigure, где цена выше: там откат дополнительно возвращает конфиги из /etc/hy2xs/backups, и оба восстановления отменялись разом.

Дополнительно проверяется независимость стадий: если сделать неработоспособной первую стадию (например, сделать /etc/nftables.conf неперезаписываемым через chattr +i между применением firewall и отказом), восстановление конфигов и остановка сервисов обязаны выполниться всё равно, а в журнале обязаны появиться rollback stage "…" failed, continuing with the remaining stages и итоговое rollback finished with N failed stage(s).

D1c. Данные отката переживают отказ фиксации успеха

Проверяется на чистом хосте. Это второй сценарий того же класса, но на противоположном конце операции: отказывает не промежуточный шаг, а запись успеха.

установка доходит до успешного smoke, в маркере появляется phase: smoke_ok;
сразу после этого /var/lib/hy2xs делается недоступным для записи (тот же tmpfs, смонтированный по появлению step=smoke checks status=done);
запись phase: installed падает;
/run/hy2xs/rollback/<op>/prepared и обе резервные копии firewall всё ещё существуют — это и есть проверяемое свойство;
откат выполняется полностью: /etc/nftables.conf возвращается к прежнему содержимому, развёрнутые юниты останавливаются;
в журнале нет строки no HY2XS rollback markers found.

До исправления пункты 4–6 давали противоположный результат: снятие таймера и удаление копий выполнял один вызов, стоявший до записи installed, поэтому откат запускался, но откатывать ему было нечем.

Обратная проверка — успешный путь: после нормально завершённой установки /run/hy2xs/rollback/ пуст, а phase: installed записан.

D1d. Отказ снятия резервной копии останавливает reconfigure до мутации

Проверяется на рабочей установке.

/etc/hy2xs/backups делается недоступным для записи (chattr +i или заполненный tmpfs);
запускается reconfigure --apply;
операция отказывает на шаге backup с сообщением про несозданную копию;
/etc/hysteria/config.yaml, unit-файлы и /etc/nftables.conf не изменены, сервисы не перезапускались.

Отдельно проверяется привязка копии к операции: после успешного reconfigure в /etc/hy2xs/backups/ остаётся ровно один каталог — текущей операции — с manifest.json, и в нём перечислены все семь путей, включая отсутствовавшие с "present": false.

D1e. Guard доходит до дедлайна — фиксация успеха запрещена

Проверяется на чистом хосте. Это сценарий гонки между автоматическим откатом firewall и успешным smoke.

Окно guard — 45 секунд, и оно намеренно короче худшего случая smoke: на медленном, но исправном сервере retry-бюджеты дают заметно больше. Раньше это означало, что автоматический откат мог вернуть прежний firewall, пока smoke продолжает идти, а единственной проверкой firewall в smoke был nft -c — разбор текущего файла, каким бы он ни был. Прежний валидный ruleset проходил её зелёным, и сервер объявлялся успешно настроенным с предыдущим firewall.

Сценарий:

установка доходит до шага firewall, в журнале появляется firewall rollback guard armed;
smoke искусственно замедляется дольше 45 секунд. Проще всего задержать один из сервисов — например, добавить в hy2xs-admin.service временный ExecStartPre=/bin/sleep 60 и выполнить systemctl daemon-reload до запуска установки;
guard срабатывает: в journal появляется юнит hy2xs-fw-rollback-<op-id>.service, а на диске — /run/hy2xs/rollback/<op-id>/auto-rollback-fired;
установка обязана завершиться отказом, даже если smoke успел сойтись;
в маркере установки стоит phase: firewall_guard_fired, а не installed, и не smoke_failed;
installed: true не записан;
выполняется обычный откат операции: firewall возвращается к прежнему состоянию, развёрнутые этой операцией юниты останавливаются;
SSH остаётся доступным.

Отдельно проверяется вторая половина того же дефекта — семантический smoke. Если на рабочей установке подменить /etc/nftables.d/hy2xs.nft на прежний валидный ruleset и выполнить hy2xs-orchestrator doctor, диагностика обязана отказать с сообщением про несовпадение эффективного firewall, а не пройти по nft -c.

D1f. Конкурентная операция отказывает до первой мутации

Проверяется на рабочей установке. Проверяемое свойство — отказ происходит до снятия резервной копии и до первой мутации, а не в середине транзакции.

запускается длинный reconfigure --apply (например, с задержкой в ExecStartPre, как в D1e);
во втором терминале, пока первый идёт, запускается второй reconfigure --apply;
второй отказывает сразу, с текстом another HY2XS operation is already in progress: reconfigure (pid …);
/etc/hy2xs/backups/ не пополнился каталогом второй операции;
/etc/hysteria/config.yaml, unit-файлы и /etc/nftables.conf изменены ровно один раз — первой операцией;
/run/hy2xs/rollback/ содержит каталог только первой операции.

Те же проверки для пар:

install  идёт  ->  doctor            отказывает
install  идёт  ->  install.sh        отказывает на PHASE 0, до собственных проверок
reconfigure идёт -> repair           отказывает

И обратная проверка — наблюдающие команды не блокируются:

reconfigure идёт -> hy2xs-orchestrator status
  → выполняется
  → в отчёте operation_in_progress = "reconfigure (pid …)"
  → human_status предупреждает, что это снимок незавершённой транзакции

reconfigure идёт -> diagnostics collect
  → выполняется
  → в stderr есть note об идущей операции

Отдельно проверяется, что замок не переживает своего держателя:

reconfigure --apply прерывается Ctrl+C — замок снят, следующий reconfigure проходит;
процесс убивается kill -9, после чего следующая операция сообщает is held by … which is no longer running; reclaiming it и продолжает;
/run/lock/hy2xs-orchestrator.lock не остаётся после завершения операции.

D1g. Успешная установка не оставляет следов транзакции

Проверяется на чистом хосте, обычной успешной установкой. Это обратная проверка к D1c и D1e: она ловит противоположную ошибку — данные транзакции, пережившие её завершение.

После installed:

systemctl list-units --all 'hy2xs-fw-rollback-*'   → пусто
ls /run/hy2xs/rollback/                            → пусто
ls /run/lock/hy2xs-orchestrator.lock               → отсутствует
ls /etc/nftables.conf.candidate                    → отсутствует
ls /etc/nftables.d/hy2xs.nft.candidate             → отсутствует

и /var/lib/hy2xs/install-state.json содержит phase: installed, installed: true, а op_id в нём совпадает с именем каталога, который лежал в /run/hy2xs/rollback/ во время установки.

/etc/nftables.conf.candidate — прямая регрессия: он не удалялся вообще, и успешная установка оставляла его на сервере навсегда.

D1a. Проход установки не спотыкается о собственный маркер

Проверяется на чистом хосте, обычной успешной установкой.

install.sh доходит до preflight capabilities после apt-get;
установка на этом шаге не падает с текстом «обнаружена предыдущая или посторонняя установка»;
установка доходит до installed.

Это сценарий, который не воспроизводится ни на одном dry-run: clean-host внутри install проверялся дважды, и ко второму разу на диске уже лежал собственный /var/lib/hy2xs/install-state.json, записанный после первого preflight. Каждая чистая установка падала сразу после apt-get, получала fatal_post_apply и оставляла сервер наполовину настроенным. Структурно закреплено в orchestrator/test/install-sequence.test.ts.

D2. Устаревший DNS после смены IPv4 провайдером